Русь отчаянно отбивалась от татар. Дерево-земляные укрепления, засеки. "Большая засечная черта", например, тянулась на сотни километров. Глубина полосы засек местами - 20-30 км.
Понятно, что не всё именно здесь - в верховьях Шата и Дона. Но что есть - вырубалось начисто и неоднократно. Свои головы дороже любых деревов.
Сравнивая 12 и 18 века чётко вижу разницу в плотности населения в этих местах. Население - преимущественно хлебопашцы, вовсе не садовники поголовно. Им пашня нужна. Конкретно: почти столетие с середины 18 в. постоянно площадь пахоты примерно 1 млн. дес. Расширения нет - некуда. Пока, в 12 в. - нет и двадцатой доли.
А дерево, ежели оно само выросло, хлебопашцы пускают на строительство, поделки. В дым переводят. И новых не сажают - навыка нет. Казна в 17 в. будет заставлять насаждать леса. Вот для этих засек. А сами? - Не-е...
В некоторых местах эти посадки и 21 в. видны.
Ещё: с конца 13 в. по середину 19-го - "малый ледниковый период". Похолодание - не только морозы, но и сухость. Меньше испарение над Атлантикой, меньше воды несут циклоны. Степь сохнет.
Какие из этих причин привели к тому, что к концу 19 в. "Дон Иваныч перестал быть сыном старику Ивану" - поток в Дон из Иван-озера прекратился - не знаю.
У меня ни один из этих факторов ещё не работает. Есть леса, есть относительно стабильный сток, есть высокие уровни в реках и в озере. Конкретно: озеро углублять не надо. Там и так восемь аршин.
Понятно, что не надо портить. Лес, к примеру, придётся тащить от Оки. А здесь запустить лесонасаждения. Первые питомники у меня на Стрелке... дышат. Что можно получить за четыре года? - Опыт выращивания саженца из семечка. Не больше. Дерево так быстро не вырастет.
Надо запускать питомники здесь, надо запретить рубку леса местным, надо кончать с пахотой по склонам и вблизи воды, надо залесить овраги... Надо. Я Живчику говорил. Он согласился. И ничего не изменилось.
"Мели Емеля, твоя неделя".
Может, зря я не дожал Боголюбского по Рязанскому княжеству? Была бы здесь моя власть - переменил бы начальных людей на своих, устроил бы аборигенам прочуханку...
А Пено?
"Плюнь в глаза тому, кто скажет, что может объять необъятное".
Стоял бы перед зеркалом и плевался.
А пока мои гидрографы-топографы проходят по речкам и окрестностям, снимают высоты и глубины, бьют шурфы, проверяя грунт. Уже понятно, что плитняк ломать за сорок вёрст от Тулы нужды нет - есть доброе глинище ближе. Там поставим кирпичный завод, а цемент притащим водой со Стрелки. Правда, и дрова для обжиговых печей тоже придётся с Оки вытаскивать.
Вечерок посидел со своими здешними, порадовались друг другу. Меня, конечно же, сразу загрузили местными заботами. Завтра с утра зван к местному воеводе - теперь представляю что просить, чего требовать, где уступить.
Уже перед отбоем просунулся, наконец-то, парнишка-связист.
- Господин Воевода! Ой, виноват! Господин светлый князь!
- Кончай меня князем обзывать. Князей на Руси много - а Воевода Всеволожский один-единственный.
Это я типа в шутку. Но все запомнили. И не единожды повторят. Типа в споре:
- Тебе кто велел? Князь Рязанский? А мне - Воевода. Который - с большой буквы. Который - вообще на всю Русь - один. Как солнце ясное. Князей на Руси много. Кого слушать будем?
Парнишка смутился и подал мне пакет:
- Эт... ну... сигналки. В книгу подшитые. С как заработало. За всё время. Ты... эта... потом отдай мне.
Ай, молодцы! Уходил зимой к Киеву - связи ещё не было. Пока я там всяким ненужным "хищникам киевским" головы рубил, ребята здесь нужное дело сделали.
Факеншит! Чувство как у алкаша перед первым стаканом. Аж руки трясутся.
Информация. Актуальная, разная, свежая.
Уже без гостей, глубокой ночью сел разбирать сигналки. С последних начиная. Всё поздравления с корзном. От разных начальных людей. Больше мои низкопоклонством занимаются, но немало и туземных поклониться торопятся.
Своих... надо чистить. Не люблю, когда лебезят да перекланиваются. А тут ещё и за казённый счёт. Лебезёж забивает каналы передачи и стоит труда. Ребятишкам-сигнальщикам лишние часы на вышке махать.
Витиевато заелдыривают. Эдак... по-восточному: "с несказанной радостью и нижайшим почтением узнали мы о великом счастье обретения высочайшего и благороднейшего на Руси княжеского достоинства"... и - все в соплях. Ожидая от своей "сопливости" если не повышения, то "хотя бы хуже не будет".
Будет. Блюдо- и корзно-лизы мне не надобны.