Похоже, нынешний тысяцкий в Новгороде - зиц-председатель. Удобная фигура, которая ничего из себя не представляет, ни на что не претендует. Прокладка между верхушкой-сепаратистами и народом.
А реальными боевыми делами занимается сотник. Даньслав. Он пробился в Киев, получил одобрение от Жиздора и привёз в Новогород Подкидыша. Он дважды командовал набегами на суздальские владения на Белоозеро. Почему его не избрали тысяцким? - Не знаю. Может, родовитостью не вышел, может ещё какие тамошние полит.заморочки.
Но именно он наиболее известный, успешный воинский начальник в Новгороде.
Мораль? - Вот его отпускать нельзя. "Армия баранов, предводительствуемая львом" опаснее "армии львов, предводительствуемой бараном". Пусть уж "добрые мужи новгородские" какого-нибудь себе "барана" в вожаки найдут.
"Четыре ноги табуретки" нынешней новгородской самостийности. Победа Ольбега выбила одну ножку. Но табуретка не завалится. Пока.
К Якуну у меня подходов нет. И не нужно. Он - "умный". Когда поймёт, что их дело проиграно - сам будет искать пути к примирению.
Илья вызван на архиерейский собор в Киев. Пойдёт - не пойдёт... Не ясно. Но учитывая его личные качества - возможно. Если не пойдёт, то отлучение. Это, конечно, послабее киевского поруба, но тоже годится.
И остаётся Подкидыш. Роман Мстиславич. Убрать князя из Новгорода - вызвать там "нестроение". Для Новгорода даже несколько месяцев без князя - проблема, специально отмечается в летописи.
"Без царя в голове" - русское народное выражение о бестолковом человеке.
"Народная демократия" в Новгороде настолько ненародна и недемократична, что без князя превращается в массовое убийство.
Честно говоря, мы с Точильщиком готовили варианты физического устранения Подкидыша. Но это далеко и непросто. Опять же - как бы хуже не было. Вот бы выманить его из Новгорода. Куда поближе. С малой свитой.
Во-от.
Выкупать пленных будет князь Роман. В Усть-Шексне под мои гарантии безопасности. "Я никогда не вру" - всем известно. Любому другому - отдам одни головы пленных. Такая я сволочь, "Зверь Лютый".
Два аспекта моей репутации. Третье - вес Даньслава в Новгороде. Там немало "больших людей", которым важно его вернуть. Четвёртое: тайна рождения Подкидыша. Знание получено от Агнешки Болеславовны. Такую инфу - только с глазу на глаз. Пятое - непомерное честолюбие и безбашенность Подкидыша. Шестое - печатный станок. И седьмое...
Факеншит! Саксин! Эту болячку надо выковырять и прижечь.
Пошла обычная административная работа. Ольбег принимает подарки и общается с аборигенами, Дик ремонтирует по мелочи кораблики, собирается в обратный поход, Любим отправился конвоировать изменников в Боголюбово. Ярославцы вернулись в Белоозеро, поглядели на столы с объедками после празднеств, порассказывали как в Ковже страшно было, как к ним народ с округи бежал: там места довольно населённые, ушкуйники не сдержались, начали резать-грабить-жечь. На другой день - "вам в родную сторону". Недовольны. Славы не набрали, хабаром не обзавелись. И чего ходили?
А Точильщик, прихватив пару пленных новгородцев, идёт малым отрядом к Мологе. Где и отпускает пленных ввиду тамошних жителей. Примерно в тех местах, где мы стояли во время Бряхимовского похода. Я там как-то уделал насмерть гадского слуга гадских нурманов.
Мужички несут мою грамотку насчёт отдачи пленных. И вязанки из двух сотен отрезанных ушей: больше мертвяков на месте боя не нашли.
В Мологе посадник за пять лет не сменился, он меня помнит по "божьему полю". И понимает прекрасно, что та чёртова синепарусная громадина, о которой освобождённые рассказывают, с сатанинскими "водомерками" и огнеметательными ушкуями, может и возле его города появиться. А следом - белозерцы приплывут. Тысячи!
Даёт освобожденцам лодочку, припасы, людей и те, с всевозможным поспешанием, бегут в Новгород.
Прямо до Новгорода - четыре сотни вёрст. Прямо здесь и птицы не летают. А по речкам... я здесь проходил, представление имею. Три недели в одну сторону - минимум.
Ольбег в Белоозере "купается в лучах славы". И натыкается на простую вещь. Две сотни ртов его отряда да почти сотню пленных надо кормить. Ещё есть погорельцы у Ковжи. Тоже - дай. Местные начинают цены на хлеб, мясо, рыбу поднимать.
- Люди добрые! Да как же так?! Мы ж вас от разорения и погибели спасли! А вы нам и рыбки не даёте?!
- Эт... вишь ты... было б то разорение иль нет... темна вода в облацех... А вот коли рыбку повыловят - нам кушать нечего будет. Вы, конечно, герои славные. Но много вас, жрёте сильно. Шли бы вы с отседова...
Это хорошо, что в отряде конницы нет. А то с сеном бы да с ячменём - вовсе труба была бы.