— Есть у нас, товарищ Сталин, отдел образования.
Наступила пауза. Косарев внутренне торжествовал: образование-то — «кровное» дело комсомола… Но тут же осекся.
— Почему образования вообще? — не скрывая удивления, спросил Сталин. — Образование бывает разное: начальное, среднее, высшее, техническое, гуманитарное… Есть школы: начальные, средние, высшие! Каждая из них требует своего особого подхода, в каждой из них своя специфика комсомольской работы.
Потом уже Косарев вспоминал: «Товарищ Сталин подробно пояснил нам, что аппарат комсомола не должен механически копировать партийные комитеты (а вы знаете, что такое копирование у нас было)… Всеми своими объяснениями и замечаниями товарищ Сталин поворачивает руководство Ленинского комсомола лицом к молодежи, к ее нуждам, к ее запросам, к ее воспитанию, к ее организации. Создание отдела крестьянской молодежи вместо сельскохозяйственного или вместо отдела промышленности — отдела рабочей молодежи выражает очень большой, глубокий политический смысл нашей перестройки! В этом и есть курс на поворот всего Ленинского комсомола лицом к комсомольцу и комсомолке, к рабочей и колхозной молодежи, к ее нуждам, к делу ее образования и политического просвещения и воспитания, к ее организации. Комсомол должен заняться своей основной функцией, своей главной задачей — коммунистическим воспитанием молодежи и детей и организацией молодежи вокруг Советской власти…
Некоторые думают: а как же участие комсомола в хозяйственном строительстве? А не погибнет ли хозяйство без наших штурмов, без мобилизаций, без наших промышленных и сельскохозяйственных отделов? Чепуха, товарищи! Чем грамотнее, культурнее, политически сознательнее и организованнее будет наша молодежь, тем больше пользы мы принесем социалистическому строительству во всех областях, в том числе и хозяйственной».
Через несколько дней Поскребышев вернул записку ЦК ВЛКСМ о структуре аппарата комитетов ВЛКСМ. Она была испещрена поправками, сделанными красными чернилами, Сталин собственноручно внес их, Косарев смотрел на документ пораженно и недоумевал: Сталин, несомненно занятой, загруженный работой руководитель партии, человек, который становился все более и более недосягаемым, недоступным, сидел над деловой комсомольской бумагой и тщательно редактировал ее!!! Это было непостижимо! Или в этом проявлялись черты характера генсека, ранее неизвестные Косареву? Через несколько дней Сталин передал Косареву и лично им выправленную стенограмму этой встречи.
Косарев был автором многих предложений, обогативших теорию и практику комсомольской работы. И в большом и в малом он и мыслил и действовал неординарно, выходил из трудных положений, как казалось со стороны, легко и просто. Эксперимент, проведенный в свое время на Краснохолмской фабрике, вызвал в нем неутоленную жажду поиска оригинальных форм и приемов работы.
24 июня 1929 года закончила работу VI Всесоюзная конференция ВЛКСМ. Саша выступал на ней с отчетом. «Впервые, кажется, в истории комсомола, — писала «Комсомольская правда», — докладчик ЦК в своей речи поставил философские проблемы… Это доказывает, насколько сложны вопросы комсомольского строительства в реконструктивный период. Для решения этих вопросов один опыт уж недостаточен. Нужно уменье обобщать… Вести пролетарскую политику, значит, предвидеть. А предвидеть можно только при помощи анализа каждого общественного явления, на основе метода марксистской диалектики. Поэтому, особенно в наше время, нельзя руководить правильно без теоретической подготовки… Теоретически неграмотный руководитель — это «солдат без винтовки во время войны…».
Газета на нескольких полосах дала подробное изложение доклада Косарева. Он вызвал у. молодежи необычайно высокий интерес. В ЦК комсомола и в «Комсомольскую правду» посыпались письма, непрерывно раздавались телефонные звонки: молодежь задавала сотни вопросов. И трудно было все ее желания и просьбы удовлетворить своевременно. Саша выход нашел. Он решил провести с помощью радиоцентра Наркомпочтеля первое за всю историю ВЛКСМ Всесоюзное комсомольское радиособрание. Тысячи комсомольцев-радиолюбителей в тот июльский день надели наушники приемников, сотни тысяч примкнули к репродукторам — Косарев подробно рассказывал им о главных задачах, вытекающих из решений Всесоюзной конференции ВЛКСМ.
Весной 1934 года Косарева посетил краснофлотец Константин Душенов. Свой отпуск он провел в родной деревне Ивановская Северного края. Моряк поведал Саше о том, что есть в этой деревне комсомольцы, которые утверждают, что революционеру-колхознику нельзя-де становиться зажиточным, чтобы не окулачиться и не оторваться от бедняцкого революционного класса. Рассказал он и о том, «что вся деревня стоном стонет от хулиганов». Дело дошло до того, что по вечерам колхозники боятся выйти на улицу… А комсомольцы с ними не только не боролись — сами участвовали в пьяных драках и вечеринках.