— Несколько месяцев я замзавом в орготделе МК работал. В деревенских ячейках несколько раз довелось бывать. В командировках. Одним словом: «туда и обратно». Разве таким путем деревенскую жизнь узнаешь?..
— Значит, опыта работы с крестьянской молодежью в Пензенской губернии набираться будешь. Ты ей московский да питерский дух с собой привези, наш пролетарский дух, но не важничай. Хлопцев хороших ты в Пензе найдешь много. Присматривайся к ним внимательнее. Твоя задача помогать им, растить смену себе. Революционер имеет свою мораль и этику. Он на любой работе как боец: всегда на посту. Солдата, осмелившегося уйти с поста раньше, чем придет смена, знаешь, как на языке военного устава называют? Дезертиром!.. — И, заметив протестующее движение Косарева, поспешил остановить его, положив руку на Сашино плечо. «Кисть, хотя и худая, но сильная», — отметил про себя Косарев.
— Знаю, знаю, что сказать хочешь. Обиделся за дезертира? Не надо. Ты лучше пойми смысл моего совета: уходи с поста секретаря губкома комсомола в Пензе только тогда, когда работой своей подготовишь себе достойную смену. Заместителя, значит. Иначе — грош тебе цена. Пензякам товарищем будь, а не вождем столичным. Большую работу тебе партия и комсомол доверяют. Доверием этим дорожи.
Долго еще продолжалась эта беседа.
Вечер уже охватил столицу, когда Косарев вышел на Старую площадь. Погода резко сменилась. Подморозило: ноябрь — зимы запевка. «Удивительный человек этот Муранов, — думал Косарев, обходя плохо вычищенные места тротуаров рано обезлюдевшего центра Москвы. — Революционер с подпольным стажем, и депутатом в Думе был, и в ссылку прямо из Таврического дворца угодил, и занят по горло, а, поди, весь вечер со мной беседовал… Вот у кого надо учиться уму и человечности — у старой ленинской гвардии большевиков! Как это он сказал? «На одних дрожжах нас с тобой, Косарев, замесили, на пролетарских! А задание-то тебе, Санька, дали…» И улыбнулся довольный.
В этот поздний час, 14 ноября 1924 года, телеграфные аппараты отстукивали в Пензенский губком партии срочную депешу ЦК РЛКСМ: «Рекомендуем секретарем Косарева тчк партии 19 года зпт союзе 17 года тчк шлите мнение Цекамол».
Положительный ответ из губкомов партии и комсомола пришел незамедлительно. Они просили Центральный Комитет комсомола откомандировать Косарева быстрее.
22 ноября вместе с инструктором ЦК РЛКСМ Ужонковым Косарев прибыл в Пензу.
Небольшое здание вокзала, забитые народом залы ожидания.
Раздвигая локтями толпу пассажиров, хлынувшую к вагонам, к москвичам подошли два парня:
— Кутырев, — представился первый юноша Ужонкову. — Мы вас, товарищ Косарев, третий день встречаем…
— Косарев не я! А — он, — поправил Ужонков губкомовца. И, воспользовавшись паузой, съязвил: — Что замерли? Маленького ростом секретаря для такой большой организации привез — так, что ли, тебя понимать?
Но парень оказался не из робких. Не обращая внимания на продолжавшего говорить Ужонкова, он протянул Косареву руку:
— Мы по росту да по одежке людей не принимаем. Давай, Косарев, знакомиться. Я — Кутырев. До тебя оставался за секретаря губкомола.
— Кочкин, — представился второй юноша, — заведующий учетно-статистическим подотделом.
23 ноября срочно созванное совещание работников аппарата Пензенского губкома комсомола проходило необычно. Повестка дня не объявлялась. Не волновались работники, которые, как правило, готовили вопросы к совещаниям и бюро. Представитель Центрального Комитета сказал:
— На предстоящей губернской конференции мы будем рекомендовать ответственным секретарем вашего губкома Сашу Косарева.
Сидевший рядом с ним невысокий крепыш поднялся и как-то ясно, почти по-детски улыбнулся навстречу устремившимся ему лицам. Эта неподдельная открытая улыбка, задорный чубчик как-то сразу сняли появившееся поначалу напряжение.
А Ужонков продолжал:
— Что сказать вам о нем? Работал на московском заводе. С пацанов узнал «порядки» капиталистического предприятия. Здесь же вступил в Союз рабочей молодежи, боролся за создание на заводе комсомольской ячейки. Был на фронте. Ходил против банд Юденича. Комсомольскую работу знает, проявил себя хорошим организатором. Да вы его сами подробнее попытайте…
Долго в тот день не расходились по домам губкомовцы.
Известие о том, что из Москвы приехал новый секретарь, мгновенно облетело ячейки небольшого города. Как бы между прочим в губком потянулись активисты. Тесным кольцом обступали москвичей, дотошно расспрашивали Косарева о работе комсомольцев в столице.