В Пензе он продолжил начатую в Бауманском райкоме работу по укреплению шефства комсомола над флотом. Тогда бауманцы направили первую группу комсомольцев для службы на военно-морских судах и установили тесную связь с «плавучим сыном комсомола» — так они назвали учебное судно «Океан», вскоре переименованное в «Комсомолец». В Пензе не было поблизости кораблей и далекими были от нее морские просторы. Но и отсюда лучших своих комсомольцев-призывников организация направила в высшие военно-морские училища.
Теперь в Ленинграде Косарев глубоко осознал, что на Балтийский флот благодаря шефству комсомола влилась целая армия передовых комсомольцев. Вот почему он настойчиво добивался вовлечения флотского комсомола в активную жизнь комсомольской организации Ленинграда, и в первую очередь в дела молодежи Московско-Нарвского района.
С этого времени балтийский флотский комсомол стал составной и нераздельной частью Ленинградской организации РЛКСМ. Косарев выступал на кораблях и в Военно-морском училище имени Фрунзе. «Многие товарищи, — рассказывал М. Волков. — тепло вспоминают о собраниях с участием А. В. Косарева, которые помогли им глубже разобраться в той сложной обстановке и полнее уяснить поставленные партией задачи.
В свою очередь, А. В. Косарев привлек комсомольцев и комсомольский актив флота к подготовке комсомольской конференции Московско-Нарвского района. При открытии конференции представитель подшефного района военно-морского соединения отдал рапорт делегатам. Это был первый случай в истории комсомольских организаций города. Значительная часть бывшего районного актива находилась еще под влиянием оппозиции, но комсомольская конференция Московско-Нарвского района в целом прошла под знаменем единства комсомола с большевистской партией, поддержки решений XIV съезда партии».
На другой день — 27 февраля — Косарев писал в «Ленинградской правде»: «Партия и Северо-Западное бюро ЦК РЛКСМ вынуждены были через голову оппозиционного Московско-Нарвского райкома РЛКСМ пойти в массы, рассказать им правду о съезде… Старый актив не отражал мнения организации. В политическом отношении массы организации переросли своих руководителей. Организация решительно отмежевалась от оппозиционного актива и выдвинула на работу лучших представителей рабочей молодежи. Актив обновился на 90 процентов».
Была эта конференция для Косарева знаменательной еще и тем, что избрали его — первого секретаря Пензенского губкома комсомола — секретарем Московско-Нарвского райкома комсомола. Сашу смущало только одно обстоятельство: как к этому факту отнесутся в Пензенском губкоме партии: не сочтут ли беглецом? Там работа — тоже не сахар… Вспомнилось и предостережение Матвея Константиновича Муранова: «Солдата, осмелившегося уйти с поста раньше, чем придет смена, знаешь, как на языке военного устава называют? Дезертиром!»
С сомнениями хотел поначалу обратиться к Кирову, да, поразмыслив, решил: «У него и без меня хлопот полон рот…», пошел к Соболеву. Сергей выслушал Косарева спокойно и ответил вопросом:
— А ты что молчал, когда тебя Центральный Комитет в Северо-Западное бюро ЦК РЛКСМ кооптировал? Не догадывался, зачем тебя на Чрезвычайной Московско-Нарвской партийной конференции членом райкома ВКП(б) избрали, а на губернской партийной конференции в состав губкома ввели? Эх, Сашок, за пензяков не беспокойся, им в ЦК партии разъяснят, что не покинул ты организацию, не дезертировал. Ты пока здесь вот как нужен. — И Соболев полоснул себя ребром ладони по горлу. — Позарез нужен! Надеюсь, понимаешь? Так что к Мироновичу не ходи, не вздумай обращаться. — Все это Соболев выпалил на одном дыхании. — Дай срок, укрепимся мы тут, окрепнет районная организация, спасибо тебе комсомольцы скажут, и катись в Москву снова. Тебе из Питера не впервой уезжать…
— Да ты что, Серега, никак обиделся? Я с тобой советуюсь, а ты — в пузырь!
От этих воспоминаний сейчас Косареву сделалось не по себе. «Разве не понятно, что он, Косарев, — человек выдержанный, дисциплинированный: где сочтут нужным, там и буду работать!»
Вечером 4 марта во Дворце имени Урицкого (бывшем Таврическом дворце) открылась губернская комсомольская конференция. Она подвела итог работы бригады ЦК РЛКСМ, направленной в помощь партийному и комсомольскому активу Ленинграда. Все разъехались по местам своей прежней работы. Все, кроме Соболева и Косарева.
В Ленинграде под руководством Сергея Мироновича Кирова — «человека, излучающего обаяние, как теплые лучи», безгранично преданного идеалам коммунизма, происходило дальнейшее формирование лучших качеств комсомольского вожака Косарева.