Что там с Зябликом Зыбка уже не слышала, заснула.
Улыбалась во сне. Наверное, ей снилось цирковое представление. Свернулась калачиком и спала спиной к костру, лицом к Энвару. Спала и шептала неслышно: "Зяблик... Зяблик..."
Когда-то, давным-давно, на самой заре времён, когда мир был совсем молодым, на землю упал камень. Это было тысячу лет назад или даже две... Кто их считал, эти тысячи! Впрочем, может, и меньше тысячи... Но если меньше, то не намного. Так вот, прилетел на землю огромный, раскалённый камень. Кто тому причиной - Бык ли, Саламандра ли, неизвестно. А самые мудрые, кстати, говорят, что ни Быка, ни Саламандры никогда и не было. Так что, вряд ли Бык с Саламандрой в этом замешаны. Однако, камень упал. Сорвался, небось, с небесного свода, отвалился... Не с того, что видно, не с голубого и воздушного, а с того, что как раз за этим голубым. А пока летел, скорость набрал неимоверную, неистовую. К земле долетел уже как молния! И главное, горит весь и сияет! С такой силой он в землю врезался, что пробил дыру насквозь. Ровнёхонько на ту сторону. А известно, что стороны, та и эта, соприкасаться не должны, иначе беда. И что же? А то, что весь мир пошатнулся! Весь целиком! Дыра с той стороны сюда тянет, а с этой туда. Смешение сторон для целикового мира гибельно. Но в тот же миг рядом появился Шут. Он-то и замкнул собой пробоину. Затем, путём только ему ведомым, воздвиг над ней Врата. И лишь один ключ от этих Врат, и ничего за ними нет, лишь другая сторона мира. Оттого и названы эти Врата Пустыми. А время не останавливалось, время текло, и Шуту стало скучно. Тогда он сделал так, что вокруг стали селиться люди. Как он это сделал неизвестно, может, пальцами щёлкнул, может, реку повернул... Никому неизвестно, он, верно, и сам забыл... Конечно, забыл, очень уж давно это было.
Словом, заселили эти места. Вначале помалу, две-три хибары покошенных и палка посредине. Потом побольше. Потом ещё побольше. Потом, глядь, и площадь торговая образовалась. Ну, как площадь? Полянка нестриженная. Потом кузня, пильня и ещё всякое. А уж когда требни повыскакивали как грибы, так город совсем городом стал. И зажил город, расцвёл на том самом месте, где таилась та самая дыра от камня. Но не называть же город Дырой! Как-то такое непритягательно. Поэтому назвался город Камнем, сам собой назвался, никто не настаивал. С тех пор всем на свете известен Камень-город. Известен и знаменит.
Ещё время прошло. Город возвеличился над всеми, вскинулся башнями и дворцами, стенами оброс, раздвинулся до того, что глазом не охватишь, легендами обзавёлся... А что же Шут? А никто не знает. Доподлинно известно, что живёт он в особой башне приземистого вида, и рядом будто бы требня притулена. Где эта самая башня никто не знает. Великого Мастера Шута люди развлекали своим присутствием. И он их развлекал, когда к тому расположение находилось. А вообще-то, люди о нём не часто задумывались, всё больше про Быка или Саламандру... Так он этого и хотел. Зачем ему задумки лишние? У него своих хватает. Начнут ещё подарки приносить, брюкву, пироги с морковью... Глядишь, сами похудеют! Ни к чему такое, ни к чему.
Опять время прошло. Всякое случалось. И радости, и беды, как из бочонка, и скука занудная. То мор прокатится, то, наоборот, монет девать некуда, то оглоеды какие-нибудь налетят завоёвывать... Но это, конечно, зря. Если в гости, то заходите! Если завоёвывать, то не надо, не годится такое! Камень не любил, когда его завоёвывали, ему от того щекотно и неприятно. Он оглоедов тогда дрянной метлой и наружу. Не любил он этого. Когда свои буянят - это одно, а когда оглоеды - это вовсе наоборот. А и со своими иногда случалось... Ходят-ходят туда-сюда и вдруг давай буянить! Не разберёшь, кто дерётся, кто, наоборот, доской махает. Город тогда такое безобразие дождиком поливал или ещё что-то придумывал. Реку на улицу выпускал или этажик ронял для веселья... Чтобы без баловства. В этом одна из граней его величия - чтобы всё без излишнего баловства.
Немало славен был и есть Камень-город своими людьми. Ремесленные, ловкие, умелые... Отважные и в философиях не последние. Красоту творят и основательность, числом растут опять же. На месте не стоят! Бегают всё время. Ну, не все бегают, в основном дети и женихи носятся в разные стороны. Дети от веселья, женихи от остальных чувств. А другие чинно ходят или на месте сидят. Славные люди!