Но тут он же нахмурился и строго и властно сказал:
- Теперь меч! Дай мне свой меч, Энвар!
Тот, как заворожённый достал и подал Мастеру меч рукояткой вперёд. Невар почтительно взял меч двумя руками и долго его рассматривал.
- Доброе железо! Старый клинок. Я вижу на нём слово Мастера "Память руки". Слово привязано к твоему плечу. Добавлю и своё.
Повторилось то же, что и с картой. Меч на несколько секунд погрузился в прибрежную воду. Когда же он оказался в руках Энвара, то выглядел, будто только что из мастерской. Меч весело блестел свежей полировкой и радовал глаз одним своим видом.
Мастер выглядел очень довольным.
- Меч также невозможно будет потерять. Ещё его теперь не нужно точить, он не сможет затупиться.
- О, Мастер всеблагой! Как мне благодарить тебя? Это милость и великая честь, прикоснуться к которой...
Энвар начал было длинную благодарственную речь, но Невар его прервал.
- Погоди благодарить, пресветлый вольх, успеется. Мне нужен и третий предмет. Дай мне то, что дорого тебе, но чем ты не пользуешься!
- Что же это, Мастер? Я не понимаю!
- Это то, что не звенит.
Энвар догадался и достал из сумки небольшой колокольчик без язычка. Откуда Мастер вод узнал о нём, о немом колокольчике с белкой на боку, что Энвар хранил в память о родителях, осталось неизвестным. И колокольчик тоже был погружен в воду и сделался, как новый. Засиял начищенным серебром, деревянная ручка благородно потемнела.
- Что же ты, всеблагой, сделал с этой безделицей?
- Это теперь важная вещица, мои молодые друзья! Если вам случится разойтись, потеряться невольно, колокольчик укажет тому, у кого он в руках, где другой. Разминётесь - своим звоном укажет, где искать друг друга. Стоит ли говорить, что потерять его тоже невозможно.
- Мы стали свидетелями истинных чудес, всеблагой сударь! Благодарность наша тебе и сущему не имеет границ! Смогу ли я достойно расплатиться делом, словом или честным серебром? Поверь, у меня есть немного монет.
- Если ты сейчас запустишь руку в свой кошель, то нанесёшь мне незаслуженную обиду, пресветлый Энвар. Когда бы я хотел оплаты, я объявил бы о том заранее. Было бы бесчестно, исполнить незаявленную работу, затем потребовать незаявленную плату. Так ведут себя мошенники на ярмарках... Вы угодны сущему. Ваш путь вплетён в узоры неспящих ресниц. Пройдите же его!
- Прости, всеблагой Мастер! Я не хотел оскорбить тебя своим серебром! Прости, и хвала тебе, Мастер! Где бы ни случилось нам говорить, всегда скажем о добром Мастере воды с почтением и благодарностью!
- Мастер! Мастер всеблагой! Дела твои удивительны и чудесны, но слова мне совсем не ясны. Что ты, к примеру, сказал о пути и о сущем? - Зыбка выглядела растерянно.
- Тот путь, которым вы идёте, угоден сущему. Вот и всё, что я могу сказать, милая.
- А найду ли я в конце пути Пустые врата? Известно ли тебе о том?
- Ого! Вот, куда ты нацелилась! А ведь место это не простое! Откуда ты про них узнала, и зачем они тебе?
- Про врата, Мастер, мне одна проезжая Веда рассказала. Сама по себе, случайно, я её не спрашивала. Мы с ней просто разговаривали о том, о сём... Говорила, что в этих вратах связь можно отыскать с тем, кто ушёл. Вот я и хочу с матушкой своей поговорить. Поговорить и прощения у неё попросить. Есть на мне вина.
- Вот оно что, Зыбка! Ясно. Цель благая, нет в тебе корысти.
- Что ты, сударь мой! Ни о какой корысти я не помышляю!
- Вижу, милая, вижу. Но не ведаю того, что впереди. Не знаю, найдёшь ли их.
- А каковы они, Мастер всеблагой? И где искать их?
- Мне жаль, Зыбка, но я этого не знаю. Я же не Веда и, паче того, не Мастер-Шут! - Невар заметно поморщился, - Но смогу спросить у воды, может, что-то прояснится.
- А как это? А кто такой этот Мастер-Шут? А почему ты так морщишься? - вопросы из Зыбки полились, как из птички щебет.
- Поморщился я невольно, Зыбка. Упомянул великого Шута, вот и поморщился. Больно уж шутки у него колючие бывают... Как-то раз он при мне такое про воду сказал! Даже помнить такого не хотелось бы! Кто он, никто точно не знает. Может, он и сам не знает. Насмешник, одно слово. Но ведает больше Вед, а умений у него больше, чем у Мастеров. У воды же я спрошу прямо сейчас, время-то позднее, совсем стемнело.
Зыбка и Энвар подумали было что Мастер вновь подойдёт к самому берегу, но тот лишь положил ладонь на флягу, что висела на его поясе.
- Выпейте-ка по глотку моей водички, а там, быть может, что-нибудь и прояснится, - сказал так и отстегнул фляжку от пояса.
Эх, и вкусна же вода во фляге Невара! Не всякий родник такой напоит! Вкусная-превкусная и холодная-прехолодная! Отхлебнули и, едва Энвар отдал фляжку обратно, как оба они, Энвар и Зыбка, тотчас же уснули. Уснули, будто в глубокий, прохладный омут нырнули. Оба заснули в один миг, как были, сидя рядышком на бревне у костра.