Круглый тяжёлый щит сейчас, в 12 веке, отмирает, павезы ещё нет. В ходу «миндаль во весь рост» — сверху закруглено, снизу — остро. Но его уже не надо держать в руках часами. Нижний конец втыкают в землю и подпирают ногой. Владимирские пешцы идут в бой босыми. Вот босой левой ногой нижний конец и подпирают. Это такой фирменный кураж.
Так позднее у французских дуэлянтов была манера развязывать ленты на башмаках. Типа: вот я тут стою и с места не сойду. С развязанными шнурками, как и босыми ногами — по полю боя не побегаешь. Правда, если уж полный разгром — удирать босиком легче.
Сдвинуть такую «заглублённую в грунт» конструкцию — практически невозможно. Сам воин защищён и над верхней кромкой виден только шлем и глаза — не попасть.
Пехотный щит не стал сильно легче. Но при росте в полтора метра вдвое уменьшилась его толщина. Слабоват стал. Так он теперь и не предназначен для защиты от ударного оружия, от меча или топора. Только стрелы. Тяжёлой рыцарской конницы с 5–6 метровыми копьями здесь нет. А если у всадника копьё выступает впереди коня на метр — ну так коня пеший копейщик остановит. А там — пусть тыкает. Из положения «сидя» — для себя, из положения «стоя» — для своего коня. Без разгона, коротким копьём всадник строй пеших копейщиков не пробивает.
Все довольны, кроме меня. Со времён заката македонской сариссы все эти заострённые палки держат одной рукой. Сариссофоры — воины в македонской фаланге в рядах, начиная со третьего, держали эту чуть ли не 7-метровую дуру двумя руками. И толкали вслепую во врага, упирались во вражеские щиты. Кто кого перетолкает — такое «инверсное перетягивание каната». Но это давало возможность гоплитам из двух первых рядов фаланги штатно работать нормальными копьями.
А здесь копейщик бьёт копьём одной рукой. Чуть ниже верхней, самой широкой части «русского миндаля». Никакие «продвигая по ладони левой руки, пока магазинная коробка…» — в принципе невозможно. Выпад левой ногой… а чем ты нижний край щита держать будешь?
Мда… Такая была у меня классная идея… Можно сказать — гениальная. Накрылась. Не будет у меня «чудо-богатырей»… Прогрессорство… оно, конечно,… но против объективно существующей реальности… Может, какие варианты? Что там персональная молотилка на одноимённой свалке намолотила?
В этом же 12 веке началось использование ещё одной штуки, которой тоже тыкали двумя руками — «пика» называется. Через полтораста лет, от «сейчас» считая, этой 5-метровой оглоблей славные шотландцы будут отстаивать независимость своего королевства, формируя боевые построения в виде прежде невиданных в Европе шилтронов.
Великий Уильям Уоллес в реальности несколько отличался от Мела Гибсона в «Храбром сердце». Он в самом деле ввёл пику для защиты шотландской пехоты от английской конницы. Современники описывали шилтрон как «медленно движущуюся стальную стену», хотя дословное значение — «движущийся лес».
Похоже, фраза из Макбета: «Пока Бирнамский лес пойдёт на Дунсинан» имела для Шекспира и его зрителей ещё и военно-тактическое значение. С этническо-политическим привкусом. Именно в таких построениях восставшие шотландцы били своего законного английского короля. А при Шекспире Шотландский король стал королём Англии.
Англичане нашли противоядие — валлийские лучники. В 1298 году при Фолкерке лучники пробили бреши в «лесу шотландских пик». Именно лучники расстреляли безщитовых пикинёров. Следом, в эти дырки в пехотном строю, ворвалась тяжёлая английская конница.
Уоллес был разбит, бежал во Францию, побывал в Риме. Но через 6 лет вернулся на родину. И был сдан соотечественником-шотландцем англичанам. «Шотландия — это святое. Но родня — святее». Уоллес когда-то убил чьего-то родственника, и ему отомстили — выдали врагам. Агрессорам, карателям, оккупантам и колонизаторам. Гибсон в последние минуты своего персонажа — Уоллеса кричит: «Freedom!» — свобода! Но для нормального шотландца… свобода — оно, конечно… но клан — дороже.
Уоллес был повешен, выпотрошен, четвертован. Через 30 лет Шотландия отвоевала себе свободу. Через 300 — присоединила к себе Англию. В основе — тяжёлая пика. Её потом использовали и швейцарцы, и немцы. Первые ряды Преображенского полка до завершения Северной войны тоже пёрли на врага с такими брёвнами в руках. А пика короткая, более соответствующая трёхлинейке с примкнутым штыком, появится только в 18 веке. И совершенно другая техника применения — нет скольжения по ладони левой руки, как у винтовки, есть удары оружием по оружию, чего нет у дзё. Преимущественно — оружие для конного. Уланы, казаки. Первая стычка между англичанами и немцами в Первую мировую войну состояла в том, что на узенькой улочке бельгийского городка четыре германских улана запутались в своих стальных пиках. «И англичане начали стрелять».