И куда бечь? У меня в руках писало, для писания по вощёным дощечкам складня, и дрючок любимый. За спиной двое пленников. Дрянь, конечно, людишки. Но когда такой монстр начнёт им глаза выклёвывать… И двое моих людей в поварне спят. А дверей и крыш нигде нет.
Тут и в окно не надо — вспорхнёт на сруб и сверху… Таким клювищем… спящих. Ой-ёй-ёй… Вот вляпались…
Птица уже протиснулась в ворота, но, видимо, за забором что-то произошло. Среди обычного шевеления, шуршания и поскрипывания вдруг из-за ворот донеслось негромкое звериное рычание. Птица резко повернулась назад и выглянула между незакрытыми створками. На фоне светлого дерева чётко обрисовался огромный, прямой как у журавля, с полметра не меньше, клюв. С той стороны раздался тревожный, высокий птичий крик: «…ай, …ай!».
И тут птица резво отскочила назад. Потому что в воротную щель влетела другая птица. Такого же огромного размера и сходной тёмной окраски. Скрежеща когтями по дереву ворот, ломая свои крылья, сбивая с ног первую. Вопя, вереща и матерясь сразу.
Я уже говорил, что русский мат есть для меня главный признак разумности и человечности? Я повторюсь: таки — да!
Русская народная загадка. Что это такое:
«Не зверь, не птица
Летит и матерится?».
Или другой вариант:
«Летит.
Кричит.
Когтями гремит.
Не по-русски говорит?».
Ответ один: «Электрик со столба сорвался».
Ну так это уже легче, это уже понятно! Мы это уже видели, пробовали, знаем как бороться.
– Рота подъём! На выход! С оружием! Бегом! Я вас всех…! Мать-перемать…! И ржавый якорь в задницу!
Это уже не «птицы», это уже я сам. С огромным облегчением от прошедшего пережитого ужаса и в восторге от возможности: «а ну как я сейчас вас всех…». Всех, кто меня так испугал.
Собственная глупость: я так воодушевился, что выскочил из своего укрытия как комсомолец из окопа в 41-м. «Ура!». И побежал. К этой куче каких-то мужиков в крыльях и клювах. И добежал. Ага. Мой дрючок… Здесь он — как трёхлинейка против танка. А писало и на «коктейль Молотова» не тянет. А моих-то ещё нет. А эти-то — матерятся и расцепляются. Сдёрнули маски с клювами, один с крыльями своими возится, второй откуда-то из одежды топор вытащил.
– Ну-ну, иди-ка сюда, малой. Ближе, ближе подойди.
Как-то я рановато прибежал. Как-то… лучше я попозже зайду. Я начал отступать, наставив на мужика свой дрючок. Второй тоже уже поднялся на ноги. Тоже… ножичек в полметра в руках. Тут краем глаза я поймал движение в воротах. Ещё один «птиц» на мою плешивую головёнку?!
– Глава 83
В щель между створками ворот вдвинулась здоровенная волчья башка. Зверюга внимательно осмотрела нашу скульптурную группу и… улыбнулась. «Зверская улыбка». А как ещё назвать такой… хорошо заметный в сумерках широкий оскал? Большие у него зубы. И очень белые.
" — А скажи-ка мне бабушка: для чего у тебя такие большие зубы?
— Чтобы улыбаться. Светло и широко, внученька»
Так вот кто рычал с той стороны! Так вот кого эти «птицы» испугались! Как гласит русская народная: «Клин — клином». И отнюдь — не журавлиным.
Всё правильно: деда Пердуна я убил — должен князь-волк появиться. Вот он и пришёл, а тут «птицы» с топорами, клювами и матерками. Не информированные о моём походном зверинце. «Минус на минус даёт…». Неважно — чего он даёт, важно, что есть шанс пережить и этот нерест. Или как там оно у птиц называется?
Костюмированные мужички начали пятиться, волк рыкнул, они попятились быстрее… Рельеф местности за прошедший вечер несколько изменился, попятное движение на строительной площадке рекомендуется выполнять только при наличии исправных зеркал заднего обзора. А в их костюмах такая важная деталь предусмотрена не была. Выгребная яма как ловушка для говорящих нехорошие слова пернатых… Срабатывает вполне эффективно. Хорошо, что яма ещё пустая. Ещё не хлюпает и не чавкает. Мужики с криком слетели туда. Как воробышки на крошки. Даже без помощи крыльев. Но — громко чирикая. Повторили набор известных словосочетаний и умопостроений, отряхнулись и начали выбираться. И тут подошли, наконец-то, мои.
«Зоомагазин. На жёрдочке сидит попугай. К каждой лапке привязано по верёвочке. Продавец расхваливает товар, покупатель интересуется деталями:
– А верёвочки-то зачем?
– Если дёрнуть за левую — птица будет говорить по-английски. Если за правую — по-французски.
– А если за обе?