– Ежели баба негожая — серебро вернёшь, а коли гожая — тогда и обмоем.
Все задействованные в предстоящем… действии персонажи удалились. В поварне стало тихо. Темновато. Отсветы от печи, вечерний сумрак от двери. Грустный Ноготок в углу стола. Рядом с ним — только что откупоренный жбанчик. На боку посудины — какой-то небольшой рисунок вырезан. Я сдвинулся на лавке, чтобы было лучше видно. Вставать — лень. Отсюда поглядим. Странно: символ бесконечности. Откуда символ бесконечности в «Святой Руси»? В этом нашем Угрянском захолустье? Лежащая восьмёрка перечёркнута по своему пояску вертикальной чертой. Что-то я такое где-то читал… Такое… исторически-фантастическое. Очень старое. А, там это было клеймо какого-то закавказского торгового дома. Не то армянского, не то грузинского. Но эпоха другая — Древний мир. Полная фигня. У нас здесь этого не может быть. Потому что не может быть никогда. Ну. конечно, как все просто: это стилизованное изображение летящей пчелы. Наверное, раньше в этом жбанчике держали медовуху. Рисунок-то старый. А потом залили бражку. А мне всякая хрень мерещиться. Как обычно: каждый видит то, что внутренне готов увидеть. Мне привычнее символ бесконечности, местным — пчела.
– Эй, мужики, вон на жбанчике пчела вырезана. Кто-нибудь про это чего-нибудь знает? Может, слышал где?
Ноготок, не поднимая голову, грустно отрицательно покачал головой.
– Слышал. В «Пердуновской веси».
Что?! Сухан заговорил! Чудеса.
– И что ты слышал?
– Жбанчик с пчелой выставишь в конце, когда все хмельные будут. Это Перунова жёнка Кудряшку сказала.
– Ты это слышал? Как? Мы же с тобой рядом стояли, они же далеко были.
– Я - слышал.
Факеншит! Ни фига не понял. Так мой зомби не только кучу всего, вместе с душой, потерял, но и приобрёл чего-то? А ты, Ванька, подумай. Как он по болоту шёл, как он вас со «скалозубом» от болота к усадьбе тащил — это сверх-выносливость. Нечеловеческая. Как он сегодня сто раз на турнике подтянулся — это что? Что-то явно добавилось. А то, что ты этих новых свойств не видишь, не используешь — твои проблемы. Вот не сформулировал бы вопрос так… неопределённо: кто-нибудь, чего-нибудь — и не узнал бы. Думать надо — зомби инициативы не проявляет, только ответные реакции. Надо знать своих людей, внимательнее быть, разговаривать с ними. А ты… попадун попадуев. Пуп земли, цвет нации. У тебя каждый человек — клад. Знать бы ещё — с чем. Ты, Ванятка, в этом мире — болезнь, вирус попадилёза. Инфекция такая, зараза заразная. Из серии: туберкулёз, педикулёз, трихоцефалёз… У всех нормальных попаданцев всякие бонусы именно у них самих прорезываются, а у тебя — у инфицированных, у окружающих. Заражённых твоим попаданством. Так что ходи и спрашивай:
– Дяденька, а вас мои вошки ещё не покусали? Ну и как, третий глаз открылся?
Философию — нафиг. Ближе к телу. К телу этого «живого мертвеца» с открывающимися новыми свойствами.
– Так, давай по порядку. Кто говорил, где стоял, с какого места ты разговор слышал. Давай.
Сухан рассказывал медленно. Оценок услышанного… ну я об этом уже. Отличить важное от неважного… аналогично мимо. И ещё: у него слух, а не подслушивающий аппарат. Кое-что он не поймал. Начисто нет сказанного спиной. Только то, что говорилось стоя лицом или боком к нему. Но почти нет забитого помехами. Там же во дворе много чего одновременно происходило и звучало. Но по этому параметру — только моё, когда я ему какие-то команды давал. А так — фильтры по помехам у него идеальные.
Вообщем-то, не новость. Всякий, кто имел дело с распознаванием голоса, хоть бы и для замков типа «сезам, откройся» знает, что пока человек не выпил и не простудился — сигнатура его голоса уникальна. Вопрос рассмотрен ещё Солженицыным. Но его интересовали страдания человеческой души в условиях сталинской «шарашки», а для меня более интересны спектральные характеристики и их устойчивость. Одно дело — игры спецслужб, другое — дополнительные сервисы массовых банковских и платёжных систем. НКВД может посадить всех с похожими голосами, а банк всем похожим денег выдать не может — разорится. Но в основе — сходные технологии. Из-за этого мне как-то пришлось один проект прекратить.
Были такие игры в поле аутентификации. Пример из простейших: сидит человек в ресторане и у него деньги кончились. Звонит по номеру и сообщает:
– Сто «енотов» в этот кабак на оплату гулянки.
– Нет проблем, сэр. Кроме одной: а это точно вы?
Аутентификация человека по голосу особой проблемы не составляет. Но это же Европа. Пришёл человечек в кабак, сел за фикус, включил телефон и записал голоса присутствующих. Без всякого их на то согласия. А затем доказал, что именно эта фраза принадлежит именно этому человеку. Не вообще: произнесено голосом, похожим на голос кое-какого президента Кучмы, а конкретно и стопроцентно. В Европах это называется «нарушение прайваси». Можно было, конечно, сунуться с этим в Россию. У нас таких заморочек на букву «п» ещё нет. Но, помимо всяких общеизвестных штучек типа: «ах, у нас такая неразвитая инфраструктура», там замаячили длинные разговоры в разных управлениях. В ряду таких… собеседников управление «Р» выглядит не самым противным. Не, дешевле закрыть проект.