И всë же, упрямо говорил себе Робин, это какие-то мелочи. Да, он признаëт, что Нина действительно колдует. Но можно ли обойтись без этого? Чем еë - не их, нет - магазинчик будет отличаться от обычной сувенирной лавки?
Другое дело - сегодня. Сегодня Нина обещала показать ему серьëзное колдовство.
Они сидели за столиком в гостиной - Робин на столешнице, Нина на полу. Шторы тщательно задëрнуты, дверь закрыта; во всëм доме выключен свет. Только два ровных, немигающих огонька свечей, стоящих на столе без подсвечников. На столе между ними разложены кости.
Маленькие и побольше; белые, тщательно вываренные и продезинфицированные. Здесь были останки змеи, куницы, медведя и сороки - то, что нашлось у Нины в закромах. Где какие, Робин не различал.
Он ждал, что Нина что-нибудь скажет, начнëт читать заклинание или петь - но она молчала. Еë руки, молочно-белые в свете свечей, лежали на столе ладонями вниз, а глаза были похожи на блестящие капли. Робин тоже молчал - Нина заранее об этом попросила - и постепенно успокаивался. Ну сидят, ну темно, и что? Ничего страшного не происходит.
Было бы легче, если бы сегодня шëл дождь и капли барабанили бы по окнам. Но нет, тишина, даже ветви яблони не трогают стëкла.
От нечего делать он начал вспоминать то, что случилось сразу после похорон.
Нина ему соврала. Не в первый и наверняка не в последний раз, но настолько очевидно, что Робин понял - и решил попробовать докопаться до правды. У него даже отчасти получилось.
***
- Я схожу в магазин. Нужно решить с арендодателем кое-какие вопросы.
- Что?
Нина поставила перед ним тарелку с золотым, дымящимся омлетом в ломтиках ветчины и повторила:
- В магазин. Я быстро.
Но глаза она отводила, и нервно теребила свой телефон за завтраком, то и дело проверяя экран.
Робин подумал, что может сейчас припереть еë к стенке - какие ещë вопросы с арендодателем, если она сама говорила, что все вопросы решены, и даже показывала готовый договор! Вместо этого он демонстративно равнодушно кивнул, дал ей вымыть за собой тарелку и подождал на кухне, пока хлопнет входная дверь. А потом вылез на улицу через форточку и дëрнул за ней через влажный поутру сад.
Нина шла быстро, не оглядываясь; сегодня она надела кеды, так что догнать еë было не так легко. Но преимуществом Робина была внезапность и беззвучность: на мягких лапах он бежал со всей скоростью, не боясь быть услышанным. Нина перешла дорогу - он за ней пролетел перед машинами на последних каплях зелëного света и тут же прижался к стене ближайшего дома. Нина не заметила.
Дорога показалась Робину знакомой, и только минут через десять он сообразил: полиция! Так они с Ниной ходили забирать еë паспорт. Может, и сегодня?.. Но зачем врать?..
Однако мимо блестящего стëклами на солнце здания полиции Нина тоже прошла. Она пробежала дальше - и остановилась перед кафе, два здания спустя, переводя дыхание и поправляя волосы. Ещë была развëрнута веранда с тентом, деревянными столиками и цветами в кадках; Нина оглядывалась, явно кого-то ища. Робин панически огляделся, ища, куда бы спрятаться, и одновременно остро пожалел, что не может подойти поближе.
Ведьма шагнула было к входу в кафе, и тут ей навстречу вышел мистер Николас Дрейк, инспектор по делам ведьм, выше Нины на полторы головы, широкоплечий и коротко стриженный. В руках он держал два картонных стаканчика.
Вот ты и попалась, подумал Робин. И ошибся. Потому что, кажется, именно к полицейскому Нина и бежала.
Они кивнули друг другу в знак приветствия и сели за крайний столик на веранде. Дрейк подвинул к Нине стакан, сделал жест рукой, как бы предлагая заговорить... И Нина заговорила - торопливо, тревожно, начисто забыв про кофе.
Робину не было слышно ни слова. Ни словечка!
Весь разговор он промаялся, пытаясь придумать, как незаметно подобраться к их столику. Вот если бы они сели с другой стороны, тогда можно было бы проскользнуть под другими столиками... А так между Робином и Ниной с Дрейком - метры пустого, голого, подсвеченного полуденным солнцем асфальта. Ни единого шанса. Хотя Нина говорила так пылко, что дважды чуть не опрокинула стаканчик, а Дрейк внимательно еë слушал, не отводя взгляд - что-то подсказывало Робину, что инспектор так же внимательно смотрит вокруг и обнаружит на фоне яркой солнечной улицы крадущегося к ним чëрного кота.
Ближе к концу беседы Нина так разошлась, что Робин смог разобрать сквозь гул машин несколько слов:
- ...так не бывает... не знают, но я-то знаю!
Дрейк поднял ладонь и успокоительно что-то заговорил в ответ. Нина кивнула - как показалось Робину, нехотя - и продолжила уже тише. Больше в следующие минут десять он не услышал ничего.