Вывалив готовое тесто в форму и засунув еë в духовку, Нина принялась убирать со стола.
— Когда заготавливают подорожник?
— Всë лето?
— Да... А какое главное свойство?
Робин прищурился: это что, вопрос с подвохом?
— Прикладываешь к ранке...
Нина засмеялась, убирая муку и какао на полку.
— Да, да, ранозаживляющее, правда! А ещë какие?
— Для пищеварения, лëгких... — и было что-то ещë, но Робин забыл.
Видя его заминку, Нина подсказала:
— И мочеполовой системы. Молодец!
Да какой же он молодец, если забыл!
Робин спрыгнул на стул, и скатерть вернулась на своë законное место. Сверху вернулись ещë нужные для готовки молоко, шоколад, масло и щепотка какао в кружке. Нина посмотрела на Робина с лукавой улыбкой, от которой у него по спине побежали мурашки. Приятные мурашки.
Так, прекратить!
Какая бы беда ни была у него с памятью о прошлой жизни, он точно знал, что значат эти мурашки. Знал и боялся. Это так всë усложнит!
Он слишком долго молча смотрит на Нину. А на еë лице появляется удивлённое выражение.
Хватит!
Робин резко вскочил на лапы и встряхнулся. Потом запрыгнул на стол и сел, чинно пригладив шерсть.
— Ты чего? — озадаченно спросила Нина.
— Мука в нос попала, — соврал Робин. — Давай дальше вопросы.
— Хорошо... В чëм особенность боярышника?
— Ммм... Сейчас... А! К нему не бывает привыкания!
— Верно...
Когда таймер на телефоне отзвенел полчаса, Нина достала пирог из духовки и стала прокалывать его по всей площади тонкой палочкой.
— Это зачем? — Робин подошёл поближе и понюхал форму. Пахло упоительно.
— Сейчас увидишь... Оп!
И Нина опрокинула на пирог кружку с молоком. Робин вздрогнул и отшатнулся.
— А теперь шоколад... — и Нина принялась смешивать горячий шоколад в кружке, подогрев молоко рукой. Когда шоколад, молоко, масло и какао сошлись равномерно, Нина и их аккуратно влила к пирогу.
— Осталось сделать взбитые сливки! Почти вовремя...
— Почему почти? — с подозрением спросил Робин.
— Да так... Слушай, последний вопрос: до скольких градусов можно нагревать мëд, прежде чем он станет токсичным?
Робин завис. Что-то он об этом помнил... Только что?..
— До сорока? — сказал он наугад.
— Нет! — Нина махнула миксером, и перед Робином прямо на скатерть шлёпнулось облачко взбитых с сахарной пудрой сливок. — Ой... Извини, пожалуйста!
— Ничего... Так что там с мëдом?
— Не становится он токсичным, можно греть сколько угодно!
В этот же момент в прихожей зазвенел колокольчик. Нина положила миксер и побежала в коридор, топая босыми ногами по линолеуму. Робин проводил ведьму недовольным взглядом: к кому это она так бежит? И вообще, разве они ждут гостей?
Оказалось, что ждут — как только Робин услышал в коридоре вежливое:
— З-здравствуйте...
Тут уже и сам Робин понëсся в прихожую, теряя тапки.
Йона радостно ему улыбнулся:
— П-привет! Я с гостинцами!
Робин и сам это увидел: за спиной Йона нëс чехол с гитарой.
— А у нас пирог готов! — сообщила Нина, сияя, как солнышко.
— Зд-дорово... А у вас найдётся ч-чай? З-замëрз...
— Конечно, какой угодно!
Робин почувствовал укол ревности. Как-то слишком радостно они общаются.
Но гитара его отвлекла. Гитара... Сколько он не играл? Получается, полгода? Он вообще вспомнить аккорды?
— Йона... Можешь отнести еë ко мне в комнату? — хрипло спросил Робин. И добавил поспешно: — И остальные вещи тоже туда неси, мы тебе там постелем... Ты же с ночёвкой?
— Д-да... Спасибо!
И Робин первым побежал в комнату, подпрыгивая от нетерпения.
Глава 5.3
Сразу, как Йона вышел — мыть руки и получать горячий чай от простуды — Робин превратился. Сел на краешек дивана и осторожно провëл рукой по чехлу гитары.
Там она, красная. Робин сам еë красил, долго подбирая краску... Чтобы именно такой оттенок был, алый, как цветок мака.
Он открыл чехол и некоторое время просто смотрел. Потом взял гитару в руки и осторожно прижал струны пальцами.
Попробовал взять аккорд. Да, пальцы помнят. Как странно... Он будто бы никогда этого не делал, но в то же время знает, как. Что бы такого попробовать...
В голове крутилась только одна песня, и Робин негромко начал:
— А весна пришла, никого не спросив...
Значит, он успел еë закончить. Робин не помнил, как и когда, но помнил саму песню — пальцы легко двигались по струнам, слова сами ложились на музыку.
— ...весна, весна — это птицы кричат за окном влюблённо...