Незнакомый певучий язык; скоро Робин заметил, что Нина повторяет часть текста, чуть покачиваясь, как в трансе. Почти в каждой фразе звучало слово "марволаес". Что же ты такое говоришь...
"Смерть"
Что?..
Робин вздрогнул; понимание пришло резко и тут же исчезло, как прокатившаяся от брошенного камушка волна. Что это было?..
Глядя на ровный огонёк свечи, он постарался ни о чëм не думать, только вслушиваться в речь Нины. И скоро еë смысл снова возник у него в голове:
"...Смерть великодушна. Смерть отпустит тебя для этого разговора..."
Тогда Робин повернул голову, чтобы посмотреть на Фифи, но по еë лицу ничего не было понятно. И всë же он подумал, что Фифи не понимает заклинание так, как он. Наверное, дело в том, что он фамильяр Нины. Если его присутствие важно для еë магии, то и в обратную сторону эта связь тоже должна работать. Вот и...
Речь Нины оборвалась.
Наступившая тишина была оглушающей. Робин моргнул, а когда его глаза открылись - в центре звезды перед ними стоял человек. Он тоже появился абсолютно беззвучно и стоял неподвижно, плоский, как фотография, подсвеченный огоньками на лучах пентаграммы. Робин беззвучно ахнул и почувствовал, как у Жозефины вздрогнули руки: она тоже его видела.
У появившегося мужчины были тëмные большие глаза - как на иконах, подумалось Робину. Он был одет в чëрное, и в темноте комнаты светились белым только руки и лицо.
Он молчал.
- Мора? - спросила Нина.
Призрак молчал, и она повторила:
- Мора? Это ты?
Призрак всë ещë молчал, и Нина твëрдо сказала:
- Атсеб!
"Отвечай". В этот раз Робин понял сразу.
- Что тебе надо, падальщица?
Голос мужчины был очень тихий, словно доносился издалека.
Падальщица! Ну, знаете ли... Робин и сам плохо отнёсся к специальности Нины, и всë же такого обращения она, на его взгляд, не заслужила.
Нина не шелохнулась, но Робину показалось, что слова призрака и еë покоробили.
- Тебя зовут Мора? - всë же продолжила она.
- Да.
- Ты был фамильяром ведьмы Барбары Прю?
- Я всë ещë еë фамильяр, - тихо ответил призрак.
- Ты знаешь, как она умерла?
Молчание. Огоньки свечей горели ровными, высокими язычками света.
Робин думал, что Нина снова прикажет говорить, но вместо этого она, помедлив, чуть сдвинулась в сторону и протянула руку перед Фифи:
- Ты узнаëшь еë?
Пауза. Потом призрак недоверчиво спросил:
- Жозефина?..
- Мора, это ты?.. - так же недоверчиво проговорила Фифи. И прижала к себе Робина крепче - он почувствовал, как задрожали еë руки.
- Это я... Что ты делаешь с этой... С некроманткой?..
- Мора, она хорошая! Не ругайся...
- Прошу прощения, - вмешалась Нина, - у нас мало времени. Мора, ты знаешь, как умерла Барбара Прю?
Снова пауза. Затем тихий ответ:
- Знаю.
- Расскажи нам, - попросила Нина и добавила, - пожалуйста.
Призрак вздохнул - совсем как живой; но язычки свечей не шелохнулись.
- Барбара говорила, что в тот день должно было случиться что-то особенное - сказал он.
Все трое слушателей замерли.
- Это был молодой мужчина. Он приходил до этого дважды, и в тот день пришёл в третий раз. Он попросил погадать на работу; на некое дело, которое он долго откладывал. Барбара предложила ему расклад на Таро. Он согласился. Барбара сделала чай...
Призрак прервался и резко выдохнул, так, будто ему стало больно.
- Я отвлёкся. Всë шло как обычно, и я отвлёкся. Всë шло... Как... Обычно...
В его голосе появились умоляющие нотки; но кого и о чëм он просит, Робин не понял.
- Барбара начала делать расклад. Они разговаривали и пили чай. Я понял, что что-то не так, только когда Барбара начала задыхаться. Я подлетел к столу и хотел перекинуться в человека, но тут он меня схватил... И свернул мне шею. Я увидел, как Барбара упала, и умер. Всë.
Пауза затянулась, пока не стало ясно, что Мора действительно закончил рассказывать.
- Яд... - задумчиво сказала Нина. - Наперстянка?.. Барбара не жаловалась на вкус чая?
- Нет, - ответил Мора. - Всë было как обычно.
- А она не говорила, что такого необычного должно было произойти? Потому что сейчас кажется, что она говорила о своей смерти...
- Возможно, - нехотя ответил призрак. - У Барбары... Было... Своеобразное чувство юмора.
- Скажите... Вы знали еë лучше всех. Есть какая-то причина, по которой она могла молчать о грозящей ей опасности?
Призрак, казалось, задумался. Робин вспомнил, что у них не так много времени - но Нина молчала, не торопя его.
Наконец Мора снова заговорил: