- А зачем штамп ставить? Что за контроль перемещений ведьм?
- Это остаточная мера... - Нина не стала закрывать дверь, и Робин воспринял это как приглашение. В комнате возле кровати стоял большой, уже собранный рюкзак, и Робин вдруг понял, почему Нина сегодня в джинсах и свитере, а не привычных платьях: она с самого начала собиралась улететь сразу после получения штампа!
Теперь ведьма опустилась рядом с рюкзаком на колени и принялась деловито выкладывать оттуда вещи, продолжая отвечать Робину:
- Это правило было принято в самом начале легализации ведьм, чтобы мы не кучковались слишком сильно и ничего не замышляли... Злого. В обмен на это нас перестали жечь. Так, а это куда...
- Что ты делаешь? - спросил Робин, когда Нина достала из рюкзака свитер и оставила его на кровати.
- Освобождаю место под тебя. Ты поедешь в рюкзаке. Ты точно уверен...
- Уверен! Я оттуда не вывалюсь?
- Я его заколдую. Не волнуйся, так будет удобнее, чем на самой метле: у тебя пока не было практики, ты на ней не удержишься...
Робин с сомнением кивнул.
Когда они выходили из дома, Нина заперла замок на четыре поворота вместо обычных двух, прижалась лбом к двери, и от еë головы по всей стене разбежались волной золотые искорки - как в магазине. Хорошо, дом под защитой.
Нина опустила рюкзак на землю, расстегнула:
- Залезай.
Робин осторожно шагнул внутрь, повозился, устраиваясь удобно; на дне рюкзака лежало что-то мягкое, так что сидеть оказалось вполне комфортно. Нина аккуратно застегнула замочки с обеих сторон, так, чтобы в центре наружу торчала только голова Робина.
- Нормально? Ничего не зажало?
- Нет...
- Хорошо, - и Нина быстро щëлкнула по молнии. - Вот так, она не расстегнëтся, и ты не выпадешь. Если станет страшно, прячься...
- Окей, - нервно поëрзал Робин. - Ты же хорошо управляешь этой штукой, да?
- Хорошо. Не переживай.
Нина собрала волосы в пучок и надела прихваченные из дома ветрозащитные очки на широкой чëрной резинке, застегнула на все пуговицы пальто, поправила шарф. Потом встала и надела на спину рюкзак - Робин теперь смотрел на их садик свысока.
Ведьма села на метлу, задержала дыхание и подпрыгнула - Робина чуть тряхнуло. А метла вместе с ними зависла в воздухе.
Так, ну, пока не страшно...
Нина медленно выдохнула, потянула рукоять на себя - Робин понял это, потому что прутья метлы, на которые он смотрел, ушли вниз. А следом ушëл и садик, и крыши домов, и осталось только огромное тëмное небо в подсвеченных рыжим уличным светом тучах.
Глава 7.5
Он довольно быстро устал бояться.
Далëкая земля превратилась в горстку огней - они вылетели за пределы города, и теперь только машины, светящиеся букашки, да фонари на автострадах напоминали о том, как высоко летит метла. Когда Нина перестала набирать высоту, исчезло противное ноющее чувство в животе, как в лифте. От встречного ветра Робина защищала спина Нины. И в целом оказалось, что лететь, не думая о земле - не думая, не думая - совсем не страшно. Да. Вот так!
Судя по порывам ветра, гудевшего вокруг, летели они быстро, но точную скорость Робин, конечно, не мог определить. Сначала он пытался сориентироваться по машинам на шоссе, вдоль которого летела Нина; но сверху почему-то казалось, что все машины едут медленно, как в воде. А потом Нина повернула, вместо шоссе под ними понеслись то ли поля, то ли леса - темнота окружила их: чëрное внизу, чëрные тучи вверху, и где-то между ними болтается одна маленькая ведьма с котом...
Когда направление движения сменилось, порывы ветра стали задувать Робину в уши. Потерпев полчаса, он сдался и втянул голову в рюкзак. Тут было тепло; Робин не видел, как они летят, и совсем успокоился.
В сухом остатке оказалось, что он верит Нине.
Далеко ли им лететь... Робин попытался вспомнить, где находится Рейнолд. Кажется, это западней Абвиля... Крупный город, административный центр. Вроде бы это всë, что Робин о нëм знал. И то, что в Рейнолде был поставлен первый штамп в паспорте Нины. Значит, что бы с ней ни случилось, это случилось там.
Ветер гудел над головой и трепал шерсть на макушке. Робин пригнулся пониже, уткнулся в стенку рюкзака, пахнущую травами, и потихоньку уснул.
Проснулся он от сосущего чувства внутри; сначала задохнулся от ужаса - где он, что происходит? Потом вспомнил и ужаснулся ещë сильнее: падаем?! Торопливо высунул голову наружу и огляделся.
Всë ещë темно; но теперь под ними фонари и окна домов - залитые светом улицы, по которым ездят машины и спешат редкие пешеходы, совсем маленькие с такого расстояния. Куда ни глянь - фонари. Большой город...