Им нужен был 33 дом, такой же красный, как и все остальные. Поднявшись по ступенькам, Нина нажала на звонок. Они подождали. Потом ещë подождали. И ещë.
Минут через десять дверь открылась.
На пороге стояла высокая, стройная женщина с очень прямой спиной; за исключением седины она казалась довольно молодой - лет сорок, может быть, сорок пять. Зелëное платье подчëркивало кулон с изумрудом; волосы были убраны в элегантный пучок.
Женщина окинула взглядом Нину, потом быстро взглянула на Робина, вернулась к Нине - и расплылась в улыбке:
- Надо же, Нина! Какими судьбами? Ты ведь, кажется, сказала, что больше не появишься у меня на пороге!
Тёмные глаза еë не улыбались. Не улыбалась и Нина.
- Здравствуй, - проговорила она, - бабушка.
Глава 8.1
В фарфоровой чайной чашечке с голубками на боку сама по себе кружила изящная ложечка. Робин был уверен, что она серебряная, хотя самого его ложечкой обошли и налили в блюдце молока - которое он даже не тронул.
- Что, ты не будешь пить? Две ложки сахара, как ты любишь. Или уже не любишь?
Нина к своей чашке тоже не притронулась. Ложечка выскользнула из неë и легла на блюдечко.
Ведьма в зелëном улыбнулась, коснувшись амулета на шее, и повернулась к Робину.
- А вы, молодой человек? Не любите молоко?
- Люблю... Миссис Рензойр. Просто сейчас не хочется. Спасибо.
- Ооо, - прищурилась ведьма, - какой вежливый юноша. И знаешь, как меня зовут. Можешь называть меня просто Агатой, как-никак мы почти родственники. Нина рассказывала обо мне?
Что отвечать - вежливо или честно?
- Нет.
- Так я и думала.
В комнате было много зеленого: зелëный коврик под чайным столиком, зелëные диван и кресла, которые сейчас занимали Нина и Робин, зелëные обои; много зелëных, сочных растений от гигантской монстеры до лиан, занявших все стены. На комоде возле окна стояла занятная скульптура: конструкция из толстых отполированных костей, на которой застыла молочно-белая змея, выполненная детально до последней чешуйки. Взгляд еë тëмно-красных глаз, единственного цветного пятна скульптуры, будто был прикован к Робину; от этого, да и от всего остального, было не по себе.
- Значит, дорогая внучка обо мне не вспоминает, - Агата словно бы забавлялась ситуацией. - Зачем же ты пришла? А ведь кричала, что видеть меня не хочешь, я правильно помню?
- Как будто это не ты меня выгнала, - впервые открыла рот Нина.
- Для твоего же блага, - моментально отрезала Агата. - Скажи, что тебе не больно здесь находиться, и я тебе не поверю.
Робин покосился на Нину: она сидела на краешке кресла с выпрямленной спиной, белая-белая, сцепившая руки в замок, и сейчас казалось, что ей действительно больно.
- Ты меня использовала, - тихо сказала Нина.
- Ты меня тоже. Скажешь, нет?
- Я у тебя училась...
- С пользой для себя. В этом смысл учëбы! Ты получила в дар магию, разве не здорово? Смогла бы ты от неë отказаться?
- Да, - так же тихо и упрямо ответила Нина. - Если бы я тогда знала... Я бы отказалась от колдовства.
Она ведь серьëзно, понял вдруг Робин, и его пробрало дрожью: что было бы, если бы Нина не стала с ведьмой? Что было бы с ним?
- Он знает? - вдруг спросила Агата, резко кивнув на Робина.
- Нет.
- Ясно, - ведьма быстро взглянула на него, но от комментариев воздержалась. Поправила волосы элегантным жестом и отпила чай из своей чашки.
Что вы обе знаете, чего не знаю я, зло подумал Робин. И промолчал. Нина сказала запоминать вопросы - ох, он запомнит...
Чтобы успокоиться, он снова посмотрел на змею и вздрогнул: та приподняла голову и медленно моргнула.
Да это же фамильяр, вдруг дошло до него. Как Робин сразу не сообразил? Жуть. Если с Леоном он сразу почувствовал некую солидарность, то от этой хотелось держаться подальше.
Возможно, он просто не любит змей.
- Так что тебе нужно? - уже без улыбки спросила Агата. У Робина всë никак не укладывалось в голове, что вот эта моложавая женщина - бабушка Нины. - Зачем ты прилетела к такой ужасной мне?
- Мне нужен твой гримуар.
Слово "гримуар" упало между ними, как тяжëлый камень, и тишина наступила такая звонкая, что Робин оглянулся - не звенит ли ложечка по чашке. Но ложечка лежала неподвижно.
- Мой... Гримуар? - повторила Агата ровным голосом.
- Да, - Нина тоже говорила ровно, и эмоции выдавали только стиснутые пальцы.
- Ты пришла ко мне после того некрасивого, недостойного скандала, чтобы попросить мой гримуар?
- Да.
- Глупо, - сказала Агата и снова отпила из чашки. - Что заставляет тебя думать, что я тебе его дам?
- Мне нужно узнать один ритуал, и всë. Я посмотрю его и верну тебе книгу.
- Что за ритуал?
Нина на секунду запнулась.