Солнце скользнуло за горизонт, а небо потемнело от красного и золотистого до лавандового и синего. Кучевые облака сияли как не потухшие угольки, но потом погасли.
В сумерках Хиро потерял лошадь из вида. Стук копыт затих. Он замедлил шаг и от отчаяния сжал кулаки, хоть и сомневался, что упустил какую-то полезную подсказку. Женщина верхом на лошади привлечет много внимания, даже в многолюдном Киото. Хиро не сомневался, что ради какой-нибудь подозрительной миссии Ёсико не стала бы брать лошадь.
Однако на мгновение он снова почувствовал себя синоби. Он не испытывал этого ощущения с момента своего приезда в Киото. Скрытые тренировки позволяли оттачивать свои навыки, но не позволяли испытывать волнения от выслеживания настоящей добычи.
Несколько минут спустя Хиро добрался до моста на дороге Сандзё. Вокруг стало темно, но сверкающие фонарики манили с противоположного берега. Когда Хиро ступил на мост, чтобы перейти на другую сторону, до него откуда-то сзади донеслось приглушенное лошадиное ржание.
Он обернулся и посмотрел вниз на дорогу, ведущую к Чайному дому Сакуры. Рассмотреть заведение оказалось несложно. Фонарики, свисающие с карнизов, давали так много света, что было светло как днем. Хиро увидел во дворе фигуры и, словно по наитию, отправился к чайному дому.
Напротив Сакуры виднелась тень. На дороге стояла лошадь. Темная фигура держала поводья, но не была похожа на Ёсико. Скорее всего досин караулил лошадь, а женщина встречалась с кем-то внутри. Люди Нобухидэ не откажут в просьбе сестре ёрики, даже если это означало опуститься до уровня конюших. По крайней мере те, что постарше, не отказались бы. Хиро сомневался, что высокомерный юнец принесет свою гордость в жертву ради любой из женщин.
Когда Хиро дошел до второго дома, он поборол свое любопытство и остановился. Подойти ближе значило поставить себя в невыгодное положение. Досин все равно, даже если и знает, не расскажет о причинах визита Ёсико, а красться по крышам в кимоно и при мечах было бы крайне неудобно. Хиро мог бы подождать женщину на выходе, но у нее не было причин рассказывать ему правду или вообще отвечать на его вопрос. Присутствие Хиро лишь скажет ей о том, что он знает о ее действиях, а синоби не любил, когда обмен информацией был неравным и складывался не в его пользу.
Он отступил к мосту и поискал место, где можно спрятаться. Хиро не хотел столкнуться с Ёсико, но не имел ни малейшего намерения уходить раньше нее. Он хотел знать, как долго продлится ее визит и уйдет ли она одна.
Деревья сакуры не давали стоящему на земле никакого укрытия. Листья и ветки смогли бы замаскировать забравшегося на дерево, если бы он был в маске, но без нее лицо будет слишком выделяться, как снег на вершине горы.
Широкие веранды опоясывали дома по обе стороны от дороги. Портики скрывались в тени, их затемняли карнизы, но за стенными панелями мерцали свечи, и Хиро не хотел бы объясняться с посетителем, вышедшим подышать свежим воздухом.
Он развернулся к мосту. Арочная деревянная конструкция стояла на сваях из дерева и камня и изгибаясь проходила над рекой. Спуск к реке был достаточно крутым, но пространство в том месте, где мост встречался с насыпью, образовывало некое подобие искусственной пещеры. Она была достаточно большой, чтобы укрыть там человека. Хиро подошел к краю моста и опустился к нижней части конструкции.
Он почти добрался до темного места, когда раздался крик:
– Помогите! Убивают!
Глава 20
Хиро обернулся к дороге, но потом понял, что кричат из-под моста.
Из темноты под сваями появилась тень. До Хиро донесся резкий запах мочи, сопровождавшийся прогорклым дыханием. Тень снова закричала:
– Помогите! Помогите! Убивают!
– Ш-ш-ш, – попытался заставить фигуру замолчать Хиро. Он поднял ладони, показывая, что в руках нет меча. – Я не причиню вам вреда.
Он прислушался, не раздадутся ли шаги по дороге, но ничего не услышал. Досина вопли пока не насторожили.
– Помогите! – крикнула тень, но на этот раз уже тише. Фигура-вонючка покосилась на другую сторону, словно разглядывая Хиро с иного ракурса. Но больше не кричала. Вместо этого раздался вопрос: – Ты полицейский или душегуб, который пришел меня убить?
– Ни то, ни другое, – прошипел Хиро. – Я... заблудился. Мне нужно место, где можно переночевать.
– Заблудился? С такими-то мечами? – Тень закудахтала от смеха. – Придумай что получше.
До ноздрей Хиро донесся запах дохлой рыбы и гниющих зубов.
– Ладно, – признался Хиро, опустившись на корточки и понизив голос до шепота. Тень присела рядом в нескольких сантиметрах и заговорщицки наклонилась вперед. Запах пота и немытых волос присоединился к тому, что уже ощущал Хиро. Он попытался подавить приступ кашля, вызванный омерзением.
– Там моя жена, – прошептал Хиро. – С другим мужчиной. Я не хочу, чтобы она узнала, что я за ней слежу.
Тень снова хохотнула, но в этот раз уже тише.
– Собираешься убить его? Хочешь, я помогу? А я помогу, ну, знаешь, за серебряную монету.
– Не сегодня. – Хиро думал очень быстро. – Мне кажется, у нее есть еще и второй любовник. Хочу выследить и его тоже.
– Тогда все равно дай монету. Или снова закричу.
– Если дам, будешь сидеть тихо, пока я не уйду?
Голова бродяги качалась из стороны в сторону, пока он обдумывал предложение.
– Хорошо.
Хиро вытащил монету из кошелька во внутреннем кармане кимоно и положил ее в протянутую ладонь нищего. Он даже не задумался на тем, чтобы искать в темноте руку бродяги. Тот чуть не ткнул Хиро в глаз в стремлении схватить монету.
Как только металл коснулся ладони, бродяга хохотнул и полез обратно под мост. Хиро опустился на корточки рядом со сваей и принялся ждать. Носом он старался не дышать.
Несколькими минутами позже со стороны чайного дома к мосту приблизилась лошадь. По доскам застучали копыта. Решив, что всадник уже успел доехать до середины реки, Хиро выполз из-под моста и посмотрел наезднику вслед. Фонарики в торговой палатке освещали только лошадь, но Хиро мог с уверенностью сказать, что всадник был одет как самурай, а волосы покрывали голову полностью.
Ёсико пробыла в чайном доме около получаса. Это слишком много для того, чтобы забрать вещи отца, но слишком мало, чтобы кого-то успеть допросить. Хиро решил было последовать за ней, но передумал. В темноте и пешком будет сложно следить за всадником.
Вместо этого, перейдя на другой берег, он направился на запад по дороге Сандзё. Бренчащая музыка и женский смех разлетался по Понто-тё, наряду с приглушенными разговорами мужчин и женщин, прогуливающихся по узкому переулку. Хиро бросил взгляд в сторону дома Плавающих Слив, но из-за других ярко освещенных домов, строения Умехи он не увидел. Синоби ощутил аромат рисовой лепешки и жареного мяса из близлежащего магазина и уловил запах сакэ от проходившего мимо мужчины.
Он прошел мимо переулка и направился дальше по дороге. На следующим перекрестке Хиро повернул налево и попал на торговую улочку, переполненную ресторанами и лавками, торговавшими сакэ. Он подумал, что их знакомые огни меньше слепили глаза и были более приветливыми, чем огни Понто-тё.
Немного вниз по улице напротив лавки сакэ стояла палатка по продаже лапши. Возле палатки рядом с припасами стоял лишь древесный мангал, но от запаха лапши и густого рыбного соуса у Хиро заурчало в животе. Он остановился и заказал себе самую большую миску.