Глава 17
Игнасио
Мои губы вкушали сладость аромата тела Мышки. Этот запах, сотканный из нежности ванили и едва уловимых ноток сандала, обволакивал меня, словно шелковый кокон. Я вдыхал его глубоко, стараясь запомнить каждую молекулу, каждый оттенок, чтобы сохранить этот момент в памяти навсегда.
Её кожа, тёплая и бархатистая, словно лепесток розы, манила прикоснуться. Под моими пальцами она трепетала, отвечая на каждое касание лёгким вздохом. Я чувствовал, как бьётся её сердце, как сливается наш ритм в единую мелодию любви.
Солнечные лучи, проникавшие сквозь полуоткрытые шторы, играли на её лице, высвечивая каждый изгиб, каждую чёрточку. В её глазах, глубоких и бездонных, отражалось моё собственное счастье. Я видел в них не только любовь, но и доверие, и надежду на наше общее будущее.
Её жаркие ответные поцелуи сводили меня с ума, а нежные прикосновения к обнажённому телу заставляли трепетать. Каждое касание, словно искра, разжигало во мне пламя, которое готово было вырваться наружу.
Я тонул в этом океане страсти, теряя контроль над собой. Каждое прикосновение её рук, каждый вздох, сорвавшийся с её губ, отзывались во мне огнём. Мир вокруг перестал существовать, оставив лишь нас двоих в вихре чувств.
Её волосы, рассыпавшись по моим плечам, щекотали кожу, вызывая дрожь. Я чувствовал, как её сердце бьётся в унисон с моим, сливаясь в едином ритме желания. На мгновение мне показалось, что время остановилось, и есть только это – мы и наша страсть, пылающая, как костёр.
Я углубил поцелуй, вкладывая в него всю свою любовь и вожделение. Её руки обвили мою шею, притягивая ближе. В этот момент я понял, что готов отдать всё, лишь бы этот миг длился вечно. Мы были словно два магнита, неразрывно связанные силой взаимного влечения.
И когда, наконец, мы отстранились друг от друга, чтобы перевести дыхание, в её глазах я увидел отражение своей собственной страсти – яркой, необузданной и безграничной. И я знал, что это лишь начало…
Её замутнённые глазки с яркими искорками смотрели на меня, когда моя взбухшая плоть медленно скользила по влажным складкам её киски, лаская чувствительный клитор. Плоть постепенно погружалась в «нераскрытый бутончик». Узкий... Непорочный… И замерла у девственной преграды. Стеночки её «бутона» пульсировали и дарили мне невероятные ощущения, которых я раньше ни с кем из любовниц не испытывал.
Она выгибалась в спине, издавая протяжный тихий стон, от которого я едва собирал разум.
Я безумно её хочу так же, как и она меня. Но только не так… Не на покрывале гостиной в бешеном порыве страсти лишать Мою девочку невинности.
- Мышонок! Любимая! Прости…
Непонимающе глядя на меня, она оставалась лежать на ковре, когда я быстро поднялся и направился в кухню, ощущая спиной её обжигающий взгляд.
- Игнасио! Почему?
Я остановился лишь на миг, не ответив. Да и что здесь сказать, как ей объяснить, что я безумно её люблю… Но… Очень много «но».
Открыл холодильник и достал продукты для приготовления завтрака, как приказала ХОЗЯЙКА. Даже её крик из гостиной не смог отвлечь меня от готовки:
- Почему?! Отвечай! Я приказываю!
Она видит во мне только слугу...
Больно осознавать, но придётся принять: я – очередной раб в её глазах.
- Игнасио! По какому праву ты мне не отвечаешь? Забыл…
Меня грубо развернули от плиты.
- Принцесса Валериана! Я выполняю ваш приказ.
Взгляд Мышки наполнился слезами.
- Хорошо… Поняла.
Затяжное молчание.
- Ухожу… За братом присмотри, и не смей за мной следовать! Я…
Неожиданный приход Тиго прервал нашу сцену.
- Крошка уходит? Даже со мной не попрощавшись?! Ага... Как же я мог забыть. Для тебя мы ПРИСЛУГА! Твои рабы, должны беспрекословно выполнять приказы!
Мышонок молча направилась к выходу и громко хлопнула дверью.
- Ушла... И сомневаюсь, что вернётся…
Тиго рухнул на пол.
- Брат! Что с тобой? Братишка, очнись!
Я и только я виновен во всём случившемся с братом. И с любимой.
Можно отрицать свою вину во всём произошедшем. Но я не буду.
Мерзко думал о любимой…
Намеривался за неё получить вознаграждение после продажи.
Желал не только денег, но и её…
Прошли сутки со дня ухода Мышонка. Сутки, полные тишины, звенящей и давящей, как колокол, оборвавший свой язык. Я брожу по дому, словно призрак, ощущая её присутствие в каждой вещи, в каждом уголке. Кажется, вот-вот услышу её голосок, почувствую прикосновение её руки, увижу её улыбку. Но вместо этого – лишь тишина. Тишина, которая оглушает, давит, душит.
Каждая комната – словно застывший кадр из фильма, где главным героем был я и она. В гостиной, где мы лежали, прижавшись друг к другу, всё ещё смято покрывало – отпечаток наших тел. В её комнате, вдыхаю её аромат, ещё витающий в воздухе, пытаясь удержать ускользающие моменты, запечатлеть их в памяти, как драгоценные камни, касаясь пальцами её любимой книги, лежащей на прикроватной тумбочке, её халата, небрежно брошенного на спинку стула.