Я смотрела на любимых огромными от страха и желания глазами. Боясь, что вот сейчас всё и произойдёт.
И как это будет? Их двое, а я одна.
Из раздумий меня вывели две пары рук, ласкающих меня. Закрыла глаза. Хочу только чувствовать, не понимать, кому принадлежат эти ласки. Отдаться всем телом этому порочному наслаждению.
Мои губы нежным касанием языка облизали и проникли глубже в рот. Я отвечала. Мы жарко целовались.
По бёдрам медленно второй язык рисовал узоры и опускался ниже и ниже к набухшим складочкам моей уже мокрой киски. Он шире развёл бёдра и втянул ртом, покусывая и лаская языком мой разгорячённый бугорок клитора.
Сильные руки ласкали мои торчащие от возбуждения груди. Я выгнулась в спине от натиска ласк. Хочу большего… чувствовать их большие…, распирающие меня изнутри. Двигающиеся во мне на всю длину их размеров. В моих девственных дырочках.
Меня резким движением перевернули и поставили на четвереньки. Я ещё крепче зажмурилась, боясь открыть глаза.
- Крошка! Открой глазки! Посмотри на меня! - голос Тиго дрожал.
Я посмотрела на него. Он был так близко. Его вздыбленная и очень соблазнительная плоть была рядом с моим лицом. Из набухшей багровой головки выступала капля жидкости. Я облизнула пересохшие губы.
- Возьми его в свой сладкий ротик! Смотри, как он хочет проникнуть в него, - не отводя от Тиго взгляда, коснулась кончиком языка головки и, сжав плоть в кулачок начала водить по всей длине.
Его руки нежно гладили мои волосы, собирая в пучок. Вкус напоминал ваниль и ещё что-то. Я глубже, как могла, погрузила его в рот, полизывая.
- Аа! Как же это божественно! Моя девочка! Не прекращай. Возьми его глубже.
Я видела, как ему нравилось, что я делаю. Меня это сильно возбуждало. Новая порция смазки текла из киски.
Глубже погружала плоть Тиго до самых яичек себе в рот. Он сорвался. Держал меня за голову и насаживал резкими движениями, не давая мне глотка воздуха. От большого размера из глаз выступали слёзы.
Игнасио жадно слизывал моё возбуждение со складок, входя глубже языком в горячую киску. Его пальцы собрали тягучую смазку и размазывали по колечку ануса. Нежно входя и двигаясь внутри попке.
- Я хочу тебя! Рр! – с рыком Игнасио посмотрел на брата.
Тиго прекратил таранить мой рот. Я не поняла, что сделала не так?
Резким движением он упал спиной на кровать. В один рывок меня поднял и поставил на четвереньки над собой.
Игнасио стоял позади, упираясь головкой плоти в мою текучую от смазки киску. Тиго прижал моё тело к своей накаченной груди, не отводя взгляда от моих испуганных глаз.
Моя попка приподнялась, показывая Игнасио мокрый «нераскрытый бутончик» от желания. Его плоть медленно скользнула по набухшим от нетерпения складочкам киски, задевая клитор.
Я замерла, не отводя глаз от Тиго.
Твёрдая плоть Игнасио погружалась медленными движениями внутрь моего «нераскрытого бутончика». По телу пронеслась дрожь.
Игнасио схватил меня за бёдра.
Резким движением вошёл на всю длину.
Замер, давая мне привыкнуть к его размеру.
- Аах! – от боли хлынули слёзы.
Тиго гладил меня по волосам и целовал.
- Расслабься, Крошка! Скоро боль уйдёт. Тебе нужно привыкнуть к нашим размерам, - он успокаивал меня.
Внизу всё горело.
Я ощущала Игнасио глубоко внутри себя.
Он вышел.
И в ту же секунду в меня также резко вошёл на всю длину Тиго.
Я выгнулась от боли.
Он медленно двигался.
Головка Игнасио давила на анус и плавно входила в попку. Всё глубже и глубже погружаясь. Когда он вошёл на всю длину, они оба замерли внутри меня.
Мои дырочки саднили.
Боли я уже не чувствовала. Только чувство наполненности внутри от их больших размеров.
Начала сама насаживаться как умалишённая.
- Мышка! Какая ты узкая! Горячая! Сбавь темп! – выпрашивал Игнасио.
- Дааа! Неет! Еещё хочуу!
Они начали двигаться одновременно ещё быстрее и быстрее внутри моих дырочек. Чувствовала, что ещё пара резких движений, и я взорвусь...
Искры заполонили радужку глаз.
Меня начало трясти.
Покалывало во всём теле иголками.
Онемели пальцы рук и ступни.
- Ррр! Не сжимай так, Крошка!
- Ааа! А! Ааа! – я кричала.
Голова сильно кружилась от продолжительного оргазма.
- Ууу! Ррр!
Мы кончили одновременно. Моё тело обмякло. Упала на грудь Тиго, тяжело дыша, расслабленная, обессиленная.
Две пары рук меня перевернули.
Тиго целовал меня и говорил бархатным голосом:
- Моя Крошка! Наша Истинная!