— Лира, я просто… никогда не задумывался над возрастом своих женщин… Валери…
— Вообще древняя ветошь, — фыркнула кошка. — Кошёлка — кажется так зовут вредных старух у внешников?..
— Я не дурак, кошка! — рыкнул, теряя терпение от её откровенной издёвки. Особенно резануло сравнение моей Ри… — Понимаю, что сравнивать нужно только внутри, с такими же предметами и явлениями. Мерка внешников и мерка республиканок — совершенно разные, несравнимые. Давай уже, рассказывай, раз начала!
— Послушай, кот. Я себя сейчас ощущаю, как на уроке в воспиталище. Словно молодому пацану рассказываю. У нас такие вещи каждая воспитанница знает. С воспиталища их в буйные республиканские головы вдалбливают…
— Я никогда даже не видел вблизи вашего воспиталища. Рассказывай. Всё рассказывай.
— Да собственно нечего рассказывать, — пожала плечами Высшая, как-то вмиг скучнея. — Основная причина, конечно, в мозгах. И в эмоционально-волевом аппарате, который поставляет для мозгов стимулы. У внешников мозги даже со всей их медициной необратимо стареют к семидесяти-восьмидесяти годам. У нас — к ста пятидесяти. Особенность нервной ткани — она не регенерирует. Плюс, рост мозга конечен, а после заполнения всех нейронов информацией, человек начинает жить прошлым, плохо усваивает новое. Генетика не всесильна. Мы и так смогли более чем в два раза увеличить срок полноценной интеллектуальной жизни. Дальше можно жить, хоть до тысячи — но это по нашим меркам уже не жизнь, а существование, с единственным мотивом — прожить как можно дольше. Нам не нужно общество маразматиков. Республиканка может уйти из жизни в любой момент. Но когда ей исполняется сто пятьдесят — она обязана уйти. Сама. Мальчиков это тоже касается. После этого возраста люди даже тупее андроидов становятся, хотя я ничего и не имею против наших кровных…
— Вот так просто?.. Должна взять и уйти?.. Гайна смеялась, когда падала на солнце… Но она — воин. По-другому и быть не могло. А прочие республиканки?
— А вот это уже серьёзный разговор, лорд! — теперь О`Дилли подобралась и преисполнилась серьёзности. — Нет, не просто. С гражданскими всякое случается. Но на то Орден и нужен, чтобы следить за чистотой поколений. Это наше с тобой предназначение, брат по клинку. Одно из многих.
— Вы их что, насильно на солнце скидываете?!.
— Ну почему сразу насильно… — осклабилась девочка. — Я тебе могла бы много красивых речей сейчас напеть. Но ведь ты не пацан в воспиталище?.. Поэтому скажу чётко. Такую неадекватную республиканку «приглашают» в резиденцию Ордена. Если отказывается, отправляют боевую группу и приводят под полями. А там промывают мозги. До тех пор, пока девочка или мальчик не возьмётся за ум. После этого им даётся неделя на утрясание всех формальностей, и добро пожаловать на солнечную станцию!.. Я всё доступно объяснила?
— Более чем… — выдавил я, всё ещё несколько обескураженный то ли откровенностью орденки, то ли самим фактом насильственного прерывания жизни. Ведь как бы это ни обставлялось, насильственность очевидна.
— Ладно, кот, утомил ты меня. Думай. А чтобы лучше думалось, вот тебе последний факт. Благодаря полям, мозги у Высших стареют дольше, мы имеем возможность очищать скопившийся там шлак и «взбадривать» нервные клетки. Поэтому нам разрешено жить до двухсот пятидесяти. Хотя тут дело больше в хроническом дефиците специалистов нашего уровня… И несмотря на это, до предельного срока Высшими доживает не более пяти процентов. Вот и подумай, почему так. Вспомни всех Высших, кого знал, и подумай.
Орденка отключилась, я же остался стоять, обдумывая услышанное. Что это? Дискриминация? Привилегия? Лирана ведь не просто так мне всё это рассказала. Проверяет. Потом спросит, к чему пришёл. Или не спросит — с неё станется. Вот и думай, стоит ли вообще получать такие ответы или лучше и вовсе не спрашивать, самому до всего доходить… Благо, у меня на носу чайная церемония. Она поможет скинуть груз вопросов.
В конце концов искусственный интеллект бесславно капитулировал перед человеческой смекалкой, и я вышел из кают-компании, вооружившись подносом с церемониальными предметами. Теперь предстояло найти расползшихся по зданию кошек, и уже в этом вопросе республиканская техника выступила добрым другом и помощником. Конкретно Триша в данный момент времени выпускала пар на татами. Что ж, вполне логично, хотя и малоэффективно — слишком она привычна к такому времяпрепровождению, а рутина далеко не всегда помогает развеяться. Зато помогу я. В этом деле ведь самое главное — отвлечь от тягостных мыслей. А для этого нет ничего лучше необычного релаксационного обряда.