Состав с ходу форсировал заболоченную низину, пролетев прямо по воде, вздыбившейся сзади фонтанами пара, забрался на очередной холм и снова пошёл через проклятые бетонные, каменные и гипсовые фигуры, надоевшие хуже горькой редьки. Оторванные части импа летели вокруг на сотни метров, дополняя совершенно инфернальную картину движения поезда. Летательные аппараты поднялись с платформ и пошли вперёд к цели, разведать обстановку.
- Плоховато, - сообщила наконец управлявшая ими, - Там подземный комплекс, с моими игрушками туда не полезешь.
- Пофигу, будешь прикрывать с поверхности, - зевнул Жив, - Туррели готовы? Хорошо. Без лишних движений, въезжаем к хранилищу, присваиваем матценности и выезжаем... всё ясно?
- Куда яснее! - фыркнул лис, - Ээ... а что за хранилище?
- Прострелы и выколотки! - воздел лапы вверх грызун, - Я поставил тебе точку на карте, всё!... Так, что ещё. Рунь, возьми управление харвами... Рунь? Проклятье, где её носит?
Нигде её не носило - белка сидела в своём купе, глазела на фотографии её с Живом, иногда отрываясь и переводя взгляд за узенькое окошко, где сквозь тучи пыли и пара виднелась туманная ночная мгла. Она понимала, что сидеть так глупо и бессмысленно, но ничего не могла с собой поделать, и понимая это, уже и не беспокоилась. Мысли белки текли на редкость спокойно и ровно, словно она ехала в загородной электричке, а не в бронепоезде, несущемся к подземному городу. К подземному, навстречу своей гибели, подумала Руни, и неожиданно даже для себя расхохоталась...
У остальных были дела поважнее, так как состав вышел на свободную равнину перед Унылгородом; сдесь несколько харвестеров на ходу спрыгнули с вагонов, налетели на дорогу и схапали там идущих зомбей, после чего также бегом вернулись на место. Слева по курсу показалась группа утлых построек наподобие деревни, и одна из туррельных пушек выпустила туда очередь, превратив большинство строений в горящие ящики.
- Кто хулиганит?! - возмутился Жив.
- Они нас ненавидят! - утёр выступившую на пасти пену Чен, - Пусть умрут, сучьи дети!
И он выпустил ещё одну серию зарядов. И без того еле державшиеся, вдрызг прогнившие дома рушились в прах и вспыхивали, как бумажные; между пылающими кострами различались тёмные фигуры, которые бежали или катались по земле, пытаясь сбить охватившее их пламя. Жив терпеливо подожал, пока приступ пройдёт.
- Всё? А теперь веди состав, - грызун явно хотел ещё прибавить нелестное обращение, но сдержался.
Состав, перестав идти прямиком в стену, свернул на дорогу и почти не сбавляя скорости, съехал в туннель, по дну которого текла жижа. Теперь эта "водица" ралеталась по стенам и даже потолку, превращаясь в пар. Жутко скрежеща, локомотив выехал на верхний ярус подземелий; до цели оставалось рукой подать. Благодаря тому что гравископы постоянно прощупывали заданный район, в компах появлялась его детальнейшая трёхмерная схема, в центре которой вожделенным призом сверкали контейнеры радиоактивной трансурановой дряни. Состав с относительно небольшой скоростью спустился по эстакаде, периодически постреливая в боковые корридоры, и оказался уже за поворотом к ярусу медкорпуса, когда малина закончилась.
- Котра танк детектед, - сообщил комп.
- АА, щи!! - возопил грызун, разливая кофе, - Чен, уматываем отсюда, быстро!!
- А что случилось? - как всегда не к месту спокойно полюбопытствовал тот.
- Мать твоя лисица!! Газу, газу!!
Хоть и не без тупака и тормозов, но поезд всё же свернул в другой корридор и набирая скорость, пошёл к туннелю на выход. По пути он снёс несколько колонн, откинул с дороги жилые вагончики, трактор; кучи какого-то хлама разлетались вокруг горящими ошмётками, смешанными с вырывающимся из-под колёсами паром, местами рушился ветхий потолок подземелий. Наконец стал чувствоваться подъём, снова зашипела жижа, и вот локомотив снёс ворота и выкатился на поле уже за городом. Здесь он сбавил скорость и пошёл по дуге, намереваясь припарковаться в низине.
За двадцать секунд до этого в наушниках кошцев, дежуривших во второй "Котре", прозвучали спокойные кваки Лариуса:
- Противник приближается к третьему квадрату. Действуйте.
Кругломордые короткоухие плюхи только переглянулись, приоскалили клычки, и Рыбина рванула машину с места. Без никаких пробуксовок вылетев из канала с жижей, танк чуть не клюнул носом в бугор, но кошка подправила траекторию и скорость не была потеряна всуе. Массивная стальная коробка на восьми широченных колёсах неслась вдоль каменной стены, подпрыгивая на кучах грунта и щебня. Этот спринт продолжался не более десяти секунд, но выполнить его стоило на отличненько, что и было сделано. Переехав поляну плотной тины-травы, танк подпрыгнул на последнем бугре и плюхнулся брюхом на землю, затаившись. Конечно стальной ящик не мог затаиться так, как это делает к примеру кошка, но тем не менее. И спустя всего несколько секунд толстенная чугунная решётка, закрывавшая туннель в подземелья, вылетела как пробка, и на поле вынес свою тушёнку поезд.
Остановись он сразу, можно было бы ещё попридираться к позиции, но состав выкатился дальше, разворачиваясь и демонстрируя во всей красе свои серые металлические бока. Один из башнеров, каковой сидел в туррели, ещё успел увидеть неяркую вспышку и дымок от основания стены - это было и последнее, что он увидел. Боеголовка, ровным счётом для того и предназначенная, прошибла вагон и взорвалась внутри; многочисленные ремиттерные блоки не могли её удержать, и вагон разорвало, как надутый воздухом пакет по которому хлопнули. Туррель полетела высоко вверх, а почти сложившиеся пополам обрывки вагона также предприняли попытку отправиться в полёт, но не осилили и рухнули на бренную землю, расшвыряв обломки.
"Котра" выпускала ракеты с огромной скоростью, как очередью кося по вагонам бронепоезда. Через пол-секунды после первого взлетел второй вагон, выброшенный вон из состава и полетевший по полю в низину, кувыркаясь как наподданная ногой коробка. Кое-кто пытался развернуть на танк летунов, каковые всё ещё висели над городом, но тут блестящее рыло боеголовки пробуравило стену, и вагон расцвёл огненным грибом, из котрого почему-то со свистом вылетела колёсная тележка и врезалась в стену, выбив каменную крошку. Поезд уже перестал существовать, так как был разорван, но кошцы продолжали методично уничтожать вагоны, явно вооружённые и опасные. Кроме того, одного разноса было недостаточно - Мрудер лично наблюдал, как из разорванных искорёженных конструкций вместе с языками пламени выпрыгнул кто-то с длинным узким хвостом и бросился бежать вдоль поезда. Персональные ремиттеры полезная штука, но не в этом случае... кошец без зазрения совести потратил ещё один снаряд, вогнав его точно в бегущего - пыхнула вспышка, и на тот месте образовалась метровая воронка. Ещё одного умника, бежавшего со всех ног через жилые вагоны, также настигла расправа, и взрыв искорёжил стены, повынес стёкла и выгнул пузырём крышу. Глазами уже было ничего не увидеть - поле было покрыто густым дымом, сквозь который просвечивали сполохи огня.
Примерно на половине всего представления отошёл от ступора Чен-Йад, скумекав что что-то не так, и судя по падающим обломкам - сильно не так. Ввиду этого он рванул рычаг, и локомотив дал полный форсаж. Так как состав рвало на части, он освобождался от лишнего груза и набирал скорость всё быстрее, пересекая поле и удаляясь от места побоища; за ним остались только тендер с энергоблоком и один грузовой вагон. До рыжего начала доходить вся серьёзность положения, и естественно он впал в панику, начав ни к селу ни к городу свистеть паровым свистком и орать в коммуникатор, хотя ясное дело его уже никто не мог услышать. Локомотив с огромной скоростью вылетел на старую бетонку, что шла от города на юго-запад, и стал удаляться по ней. "Спрячусь" - подумал Чен.