Кто-то уже орал, спешил на пиршество. Расслышал, должно быть, вопли свинки.
Особо не заморачиваясь, я отрубил в три удара заднюю ляжку, она тут же ушла в опустевшее хранилище. Взялся за вторую, пет, что приник к разорванной шее жертвы, вдруг резко отстранился и начал пятиться.
— Да, не успеваю, но что теперь делать, мне ещё верёвку собирать и листы металла! — я ускорился.
Следующий хищник приближался, круша кусты и молодые деревца. Я же, взвесил все за и против, за инструментом можно было вернуться потом. Отложил вторую ляжку в сторону, в хранилище она не помещалась, — рывком вскрыл брюхо вепрю. Вывалилась парящая сизая требуха: кишки, печень, лёгкие. Я не знал, что нужнее, ну уж точно не набитые дерьмом склизкие сардельки.
В раскрытый пакет полетело всё остальное, я даже до сердца добрался. Дарти начал завывать, но никуда не уходил, я понял что жадничаю. Подхватил пакет с ляжкой и заспешил к ближайшей стене.
— Кто там? Рассказывай, — попросил я пета, но тот стартанул быстрее меня.
Я и сам уже догадался, что не добрый пудель с бантиком, судя по издаваемым звукам, сородич нашей свинки, только покрупнее, а, значит, и злее.
Мстить точно будет, хорошо, что спасение близко.
Я коснулся стены, умудрившись схватить пробегающего мимо Дарти.
— Стоять! Привыкай уже, это портал! — закинул его внутрь и напоследок обернулся.
Я оказался прав, только с количеством ошибся, тварей было несколько, в том числе и здоровенный кабанище с красными глазами. Его взгляд ничего хорошего не предвещал, тварь понимала, что я недосягаем, потому и не торопилась, в отличие от двух молодых соплеменников. Те-то как раз сорвались не хуже гончих.
Я вошёл в убежище, арка схлопнулась, шипящий на неё пет, резко заткнулся, принявшись озираться.
— Всё, братец, кино закончилось, — скинул добытое прямо на пол, туда же последовала ляжка из хранилища.
Далее, я занялся разделкой мяса, нужно было избавиться от кости, тогда всё поместиться в хранилище. Дарти крутился рядышком, иногда ему перепадал кусок-другой жирной вепрятины. Настоящий шашлык, не хватало кефирчика для маринада, настоящей зелени и какого-нибудь соуса, чтобы макать.
Вкус у меня хоть и отсутствовал, но память о нём никуда не делась, приходилось сглатывать слюну. Глядя на пета, даже завидно становилось, с каким аппетитом он поглощал угощение. Покончив с обрезкой костей, отнёс их на этаж с агрегатами, надо же чем-то крыс подкармливать, чтобы они потом кормили Дарти. О супе я даже не задумывался, на кой он мне, без картошки, лука и чеснока. Нет, бульон, конечно, полезен, бывшая мне все уши прожужжала: «в твоём возрасте, без бульона никак». Я уже давно питаюсь мясом, поначалу так вообще на собачьем корме сидел и никаких последствий для желудка не ощущаю. И с кишечником полный порядок, так что обойдёмся без полезного супчика, пока.
Вернувшись к себе в «комнату», взялся за готовку фирменного шашлыка. Заодно продумывал стратегию дальнейшей охоты. Громкие слова, конечно, стратегия охоты. Уверен, со стороны это смотрелось, вознёй малолетнего балбеса.
Где здесь серьёзные решения? Мои гильотины отработали на троечку, мне бы, дураку старому, задуматься, вспомнить фильмы и книги про французскую революцию. Как выглядит лезвие этой гильотины? Оно срезано под углом, механики тех времён не идиоты, знают, как лучше и проще башку отрубить.
С инструментом у меня полный швах, нож вместо отвёртки, да голова, которая не всегда соображает. Болгарку бы сюда, или хотя бы ножовку по металлу, — я почесал затылок. — Придётся задуматься, как использовать имеющиеся материалы.
Дарти принялся тереться о штанину, пришлось выделить ему жирный кусочек мяса, он на какое-то время отстанет, а там глядишь, умоется да заснёт.
Возьмём тот же металлический лист, порезать на французский манер под углом, я не смогу. А почему бы не изменить угол падения остриём вниз? Придётся продырявить кустарную гильотину ещё в одном месте — это не проблема. Заточить вторую сторону, больше внимания острию и получится у меня своеобразный клинок, убивающий собственным весом, — я даже причмокнул, нравилось мне проявление творческой мысли.
Первая партия шашлыка была готова, я сложил его на тарелку и насадил свежее мясцо, затем взялся за крафт, что не мешало обдумывать детали будущей ловушки. Если размышлять по существу, в ней нет ничего нового, о этом способе, скорее всего, ещё до мамонтов знали. Это даже не ловушка, а средство сдерживания, нет, не так, торможения с нанесением тяжких телесных.