А вот мне пришлось раскорячиться. Под смешки и комментарии друзей я неуклюже полез наверх. Лук и меч мешали. Хотел бы похвастать, что мой личный меч мешался. Но увы – я только про металлический.
Каких-то больших сучков, чтобы уцепиться, не было. С большим трудом я все-таки влез по стволу и, ухватившись за ветку, на которой сидела Злата, подтянулся к ней.
Едва я подтянулся, как чуть не столкнулся с Жар-Птицей. Наши губы почти соприкоснулись. Злата на секунду растерялась, ее лицо вспыхнуло. Да и я сам застыл в этой неудобной позе.
Но тут кольцо снова сдавило мой палец. И раздался нетерпеливый голос старика:
- Ну что вы там, проходите!
Злата быстро отвернулась. А я окончательно взобрался наверх. И тут мы увидели гнездо Соловья-Разбойника.
У меня было ощущение, будто я зашел в какую-то турецкую лавку. Просторное гнездо с крышей из листьев было увешано мягкими восточными коврами. Пол завален маленькими подушками. А посреди гнезда был оборудован волшебный, негаснущий огонь, на котором грелся чайник с изогнутым носиком.
Хозяин засуетился, доставая странные стаканы, формой похожие на песочные часы.
- Бардак! – сказал он.
- Да вроде нет, все чисто, - пробормотал я.
- Да нет же, это бардак.
Он указал на стаканы на ярком подносе.
- Отец мой был турок. А мама – татарка. Волшебница была. Вот я и получил от нее свой дар.
- И в чем же твой дар? Просто громкий свист?
Старик лукаво усмехнулся и тихонько свистнул через свой единственный зуб. И с наших с Серым голов слетели шапки.
- Впечатляет, - улыбнулся я, отряхивая шапку от листвы.
- Это еще цветочки. Бывало, я так мог свистнуть, что от города даже камешка не оставалось. А с людей заживо слетала кожа с мышцами – одни косточки оставались.
Я перестал улыбаться. А вот старик продолжал лукаво усмехаться и подмигивать. По этим восточным людям вечно не поймешь, когда они шутят, а когда говорят серьезно.
- Я слышал о тебе, - заявил Серый, прихлебывая чай, - Самый грозный разбойник во всем лесу. У тебя целая банда была. Проехать никто не мог – всех грабили.
- Это давно было, - махнул рукой Соловей, - Молодой был, глупый. Мамка меня била и в лес отправляла, когда шалил. Вот я и озлобился. А потом собрал таких же мальчишек. Так и появилась наша банда. Да уж, славные были времена. Грабили, убивали, девок красных скрадывали…
Он мечтательно нахмурился от нахлынувших воспоминаний. И нам стало еще более жутко. Этот старик не такой уж и добрячок, каким пытается казаться. Тут он снова встряхнулся.
- Что вспоминать былые деньки. Много за моей душонкой грешков. Тут уж ничего не поделаешь!
- А что же теперь? Больше не грабите? – спросил я.
- Все, в завязке. Уже много лет. Я ведь непобедимый был. И думал, что так всегда будет. А потом нарвался на этого молодца – Илью-Муромца. Думал, разочек свистну, и дух из него вон. Но то крепкий оказался орешек. Поборол он меня и к князю отвел. Тот и предложил мне на его царство-государство работать. Оставил меня на перекрестке, на моем дубе. Так я и стал блюстителем порядка. Как завижу нарушения, так и хватаю. Вот и вас сцапал.
Он что, типо первого в истории гаишника? Сидит в кустах и ловит всадников?
- А что мы нарушили? – удивился я.
Соловей выглянул из гнезда и указал на участок дороги.
- А вот это что такое?
Мы проследили за его рукой, но ничего не заметили. Возле дуба топтались наши привязанные лошади. И на дороге ничего странного не было.
- Не поняли? Эх вы, молодежь. А какашки чьи лошадки оставили?
Тут только я разглядел темные кучки на дороге. Тьфу, блин. Я-то думал!
- Так это же обычное дело! – воскликнул Серый, - И это же тебе не дизель. С заботой об окружающей среде!
Мы со Златой еле сдерживались, чтобы не расхохотаться. Но Соловей выглядел максимально серьезным. От чего становилось еще смешнее.
- Непорядок! – вскричал он, - Некрасиво, грязно. Фу! Не потерплю такого на моей дороге. Да и это еще не все.
- А что же еще мы нарушили?
Соловей недобро сощурился.
- Направились к огненной реке Смородине, к Калиновому мосту. Кто дальше по моей дороге проедет – тот разом свою смерть найдет. Велено мне дураков таких не пускать. Так что никуда вы дальше не поедете. Вам одна дорога: назад.
Серый комично склонился к Соловью, подмигивая так, будто пытался сделать это всей мордой, а не одним глазом.
- Товарищ Соловей, а может договоримся?
Я снова с трудом подавил смешок. Но тут только вспомнил, что не взял с собой денег. Я как-то не подумал о том, что они могут пригодиться в сказочном мире. Тем более в загробном. Хотя у царя Берендея казна ломилась от золота. Вот дурак! И чего не взял хотя бы горсточку на дорожные расходы…