Однако у заклинателя, наверное, был опыт отдирания цепляющихся за него девиц. И я даже догадываюсь, как он его получил… Как бы то ни было, через минуту он все же стряхнул меня на кровать и, раздраженно набросив сверху одеяло, улегся рядом.
Что делается! Караул! Пискнув, я попыталась отползти вместе с одеялом, как гигантская гусеница, но заклинатель ловко перехватил меня поперек туловища.
— Позавчера ты, дорогая Лиу, умудрилась сплести наши сны так, что теперь их не распутать, — пояснил он терпеливым голосом. Даже чересчур терпеливым, что сразу вызывало подозрения. Я замерла, слушая объяснение. — И потому без тебя я теперь не могу заснуть, так что сегодня ты спишь здесь! — и, щелкнув пальцами, он погасил свет и перевернулся на другой бок, после чего замолчал. Только вот я молчать не собиралась! Что за произвол!
— А вчера вы как спали? — возмущенно выпалила я, вскакивая и сбрасывая одеяло.
— Никак! — рявкнул заклинатель, тоже садясь в кровати. — Вчера я всю ночь пытался распутать то, что ты напутала…
— Когда вы утащили меня в сон следом за собой, — вставила я, мило улыбаясь. Ничего, что темно — у заклинателя должно быть хорошее зрение.
— Когда ты попыталась заколдовать меня, но ничего не вышло, — с вежливой улыбкой, больше напоминающей крокодилью, поправил меня мужчина. — А теперь спать! — строго скомандовал он и выразительно похлопал по покрывалу рядом со мной.
Я нерешительно переступила с ноги на ногу. Не могу я спать с ним, это же неприлично! И неудобно! И…
— В вашей комнате повсюду кедр и амулеты от нежити! — нашлась я. — Я тут не усну!
— Хорошо, сейчас разберемся, — мужчина тут же, проведя рукой, повесил в воздухе алое марево экранирующего заклинания. Я немного выдохнула: без давящей чужой энергии дышалось явно легче. — Еще возражения будут? —осведомился он, только мне от его вежливости почему-то стало еще неуютнее.
— И уберите свой нож! — ворчливо добавила я. — В прошлый раз, когда я у вас… э… ночевала, он мне весь бок исколол! У меня синяки! — обвиняюще заявила я, хотя никаких синяков, конечно же, не было. Но все равно, пусть почувствует себя виноватым!
— Нож? — непонимающе переспросил заклинатель. — Какой…
И тут в его зрачках вдруг проскользнуло понимание, и он резко замолчал. А затем медленно вдохнул, прикрыв глаза, и так же медленно выдохнул. Оу!.. Да ему чуть плохо не стало! Он что, сам забыл, что за нож у него припрятан? А теперь вспомнил, но почему-то не радуется?
— Хорошо, — выдавил заклинатель сквозь зубы. — Мой нож тебя не потревожит. Превращайся!
Он неожиданности я моргнула, а через миг уже сидела на покрывале в, так сказать, первозданном виде. То есть, в кошачьем облике. И, обиженно мяукнув, устроилась на покрывале подальше от заклинателя. Подумаешь, вредный какой! Как будто я просила тащить меня к себе в постель…
Наверное, мужчина и сам понял, что перегнул палку, потому что через пару минут примирительно произнес:
— Давай лучше я расскажу тебе историю, чтоб легче спалось. Знаешь, что за картина вышита у меня на ширме?
Я презрительно повернулась к нему пушистой спиной. Но любопытство все же взяло свое — я же кошка! — и через минуту я, подняв голову, сверкнула глазами на ширму. И… ничего там не было изображено! Просто пустая ткань. Он что, издевается?
— Та изображена картина древнего художника «девять драконов» — негромко продолжил заклинатель. — Давным-давно жил-был знаменитый художник. И он нарисовал картину с драконами. Но вот беда — драконы были изображены столько искусно, что стоило нарисовать им глаза, как они тут же сорвались с полотна, взмыли в небо и улетели.
Да? Я заинтересованно подняла уши. Любопытно… А куда? И что за глупый художник, который продолжил рисовать глаза, когда драконы один за другим улетали? Или, может, он надеялся, что хотя бы один останется?
— Поэтому сейчас пустые полотна называют «Картина с улетевшими драконами», — шепнул заклинатель, переворачиваясь на бок. — Хотя иногда это просто чистая тряпка, на которой никто ничего не вышил. Спи, Лиу, — это прозвучало совсем тихо, но отчего-то у меня тут же смежились глаза, а сознание уплыло в сон.