— Отдохните, господин наместник, а когда вы проснетесь, вам сразу станет легче, — пообещала я.
Успокоить человека, забрать грусть — мне это было совсем несложно. Кошка я или нет? И наместник Линь тут же зашатался, сраженный приступом сонливости.
— Да, милая… — он с трудом сконцентрировал на мне взгляд.
— Это моя помощница, — подсказал заклинатель и бдительно перехватил мой локоть, оттаскивая подальше от старика.
Я тут же надулась. Съем я его, что ли? Вот так вот помогай людям, сразу в чем-то подозревают… А я всего лишь хотела отправить наместника спать!
Однако императорский служащий не спешил спать. Наоборот, он уставился на меня осоловевшим взглядом и неожиданно выдал:
— Не уступите? Вашу помощницу, — пояснил наместник заклинателю, который недоуменно моргнул на его вопрос. — Я щедро заплачу. У меня тут как раз комната освободилась, — и он махнул на ту самую комнату, у дверей в которую мы стояли и в которой все еще покоились останки его предыдущей хозяйки. Моя жалость к наместнику тут же испарилась, как снег весной.
— Нет, — холодно ответил заклинатель, и старик, вздохнув напоследок, наконец ушел.
— Не ворожи без разрешения, — приказал заклинатель, едва нам стоило остаться одним.
Я тут же решила обидеться.
— А зачем я вам, если ворожить нельзя? — спросила я ехидно. — Хотите продать и поправить финансовое положение? Вам же обещали щедро заплатить!
Фу, противный старик… Хотел купить меня! Меня! Я, чтоб он знал, не продаюсь! А делаю что хочу, и хожу куда хочу.
Если заклинатель разрешит, конечно.
— Нет, — вопреки ожиданиям, заклинатель даже не разозлился на дерзость и лишь хмыкнул в ответ. Вот самообладание у человека! — Ты нужна мне, кошка Лиу, чтобы заметить то, что можешь заметить только ты. А теперь пройдись, оглядись, — и он обвел комнату приглашающим жестом.
Пожав плечами, я медленно, огибая кучку праха по широкой дуге, обошла покои наложницы. Подошла к зеркалу, заглянула в ящички стола красного дерева. Покопалась в завалах косметики и ярких заколок. Открыла шкаф, и, по пояс закопавшись в шелковых платьях, громко чихнула от удушливого лавандового запаха.
— Ничего особенного тут не вижу, — проворчала я. — Обычная женская комната, причем плохо убранная. Ну и пыльно тут! Дышать нечем.
— Ну иди, погуляй в коридоре, — рассеянно отозвался заклинатель. Он как раз, вынув из рукава кусок мела, чертил какие-то символы на полу. Они подспудно мне не понравились, и я отвернулась.
— Не хочу, — я дернула плечом. — Там как-то… неприятно. Я лучше тут подожду, с вами.
Скрип мела по полу прекратился. Обернувшись, я с удивлением обнаружила, что мужчина смотрит на меня застывшим, стеклянным взглядом.
— А ведь точно, — пробормотал он. — Вся мебель в коридоре и других залах — из трехсотлетнего кедра, а тут — из красного дерева. Знаешь, почему, Лиу?
— Потому что наместник — жадина? — предположила я. — Или эта наложница была не очень-то и любимой, и он врет.
Мебель из кедра — самая дорогая. Потому что… она отгоняет ночных созданий! Мне только сейчас стало ясно, почему мне было неуютно, пока мы шли по длинным коридорам поместья — потому что тут кедр был повсюду. Повсюду, кроме этой комнаты.
Вдруг резко поднявшись, мужчина встал и, подойдя к окну, что-то там дернул. А когда вернулся, в его руке был серебряный шар, от которого меня прошибло холодным потом. Молчаливый колокольчик!
Молчаливые колокольчики применялись для обнаружения злой энергии. Их обычно вешали по углам домов, и когда поблизости появлялось ночное создание, источающее темную ци[1], они трезвонили так, что подняли бы и мертвого. Во всех других случаях они не звенели, сколько ни тряси серебряный корпус — за то и были прозваны молчаливыми. Но зачем заклинателю колокольчик? У него же должен быть свой!
А мужчина меж тем, перевернув колокольчик, поднял на меня внимательный взгляд.
— Смотри, Лиу, — повернув колокольчик ко мне, заклинатель продемонстрировал его внутреннюю часть, в которой остались только безжалостно погнутые обломки петли. И никаких следов язычка, который и должен издавать звук.