— Мам, а мы уезжаем? — спросил Игнат.
— Да милый, мы сегодня поедим в Абу-Даби, завтра пробудем весь день там, а уже послезавтра полетим в Москву.
— Думаешь Серёжа больше плакать не будет?
— Думаю будет, но выхода у нас нет, мы же не можем здесь остаться навсегда.
— Тут интересно. На Фиджах вечно зелено, пальмы, цветы и бабочки. А тут жара, песок и кактусы.
— Хочешь сказать, что ты бы здесь остался?!
— Не, тут красиво, но я не хочу тут жить.
Целую Игната в щеку.
— Ну если не хочешь, значит не будешь. А теперь пошли, нас уже ждут.
Мы спустились вниз, где меня довольно быстро выписали, а потом водитель отвез нас на автомобиле до самого отеля в Абу-Даби.
Карим Магомедович лично приветствовал меня, а потом и проводил до номера.
В номере мы оказались уже в одиннадцать вечера, мальчишки как только легли в пастель, тут же заснули, я же отправилась в ванную комнату, чтобы расслабиться в джакузи.
Нет, ну это просто какое-то наваждение, а как по другому назвать то, что я чуть ли не носом столкнулась со Скородумовым в Марина Молл.
Я только вышла из бутика, а тут он, рядом, в ювелирном, со своей блондинкой, благо я уже успела купить себе длинное синие платье и чёрный химар.
Эти двоя целовались прямо в торговом центре, нарушая статью закона о публичном непристойном поступке.
Он отвечал на её поцелуи, от чего было тяжко на сердце.
Почему, почему оно всё ещё реагирует на него? Почему всё ещё болит сердце?
Ох и глупая ты Алина.
Отворачиваюсь от этой сладкой парочки и взяв Серёжу на руки, собираюсь уже уходить когда чувствую на себе тяжелый, внимательный взгляд, его взгляд.
— Дань, ты чего на неё смотришь? — слышу я её плаксивый голосок на русском языке.
— Ничего, я просто задумался. — этот голос, ну нельзя иметь такой голос мужчине, от него же можно просто растаять.
— Даня, хватит на неё пялиться! — повысила голос русская.
" Полагаю пора убираться от сюда." — подумала я и взяв Игната за руку направилась к выходу из торгового центра.
— Да угомонись ты уже, не пялюсь я на неё. — рыкнул он, а я вздрогнула.
Раньше, когда мы ещё были вместе, да и на Фиджах, он никогда не говорил со мной так, неужели так сильно изменился, или так сильно я в нём ошибалась?
Хотя это уже не важно, завтра самолёт унесёт меня в Россию, и я его ещё не скоро увижу.
Глава 27.
Родители перебрались в Улан-Удэ пару лет назад, а я ещё ни разу у них не была.
Квартира располагалась в шестнадцати этажном доме-башне, какие сейчас принято строить, по всему миру.
Дом в котором живут родители, располагается в весьма удобном месте, вокруг него довольно много медицинских центров, тут есть всё, как говорят, от А до Я, весьма удобное место, кроме одного соседства, это — патологоанатомическое бюро. Благо крематория нет, а то было бы, где встретили, там и проводили.
При всём при этом, в районе есть детский садик, школа, много различных магазинов и самая большая гордость и достопримечательность, это — драматический театр и общежитие для студентов.
Окна кухни выходили на бульвар Карла Макса и на центральную площадку со статуей Небесного воина.
Я смотрела в даль бульвара, а рядом, около плиты, стояла мама и жарила блинчики.
— И что ты решила? — спросила она.
— А что я могу решить? Игнату и Серёже там нравиться, они легко говорят и на английском и на фиджийском языке.
— Но зато русским почти не пользуются, — заметила мама.
— Пользуются они. Я даже на Фиджах нашла школу с уклоном на русский язык.
— Вот не пойму я тебя Алина. Что тебя там держит, не ужели ты в Россию совсем не стремишься.
— Меня сюда тянет лишь любовь к вам, и больше ничего.
— А как же работа, друзья. Ты в модели возвращаться будешь?
— Нет. В модели я больше не пойду. Денег у меня достаточно, можно жить не работая. Но, но всё же у меня есть сеть кондитерских, что приносят мне и сейчас деньги, так что, с голоду не помру.
— А что тебе мешает открыть свою кондитерскую сеть тут?
— Ну наверное то, что практически все кондитерские изделия состоят из местных индигриентов которые довольно трудно достать за приделами Фидж.
— Но ведь можно наладить поставки? — поинтересовалась мама.
— Можно, но это повысит себестоимость готовой продукции, а в наших краях довольно мало людей, которые могут себе позволить такие покупки. А отсутствие покупателей, это — убытки и разорение, тогда зачем вообще заморачиваться и работать себе в убыток.