— Ну, да! — согласился я с его словами, не выдавая что это была Костина идея.
Почесываю затылок, понимая, что это и есть та самая жопа, которую я и предчувствовал. Прибью Коновалова, когда-нибудь.
— Вот и бери его к себе в палатку! — рявкнул Тёма.
— А Катя? — удивился я, куда же мне её девать.
— Вместе, тройничком. — снова рявкнул Тёма, вытирая лицо и волосы полотенцем.
— Э-э, — протянул я, пытаясь подобрать нужные слова, не подбирались.
Смотрю на Костю и жестом показываю что грохну его, если он не утихомирит Тёму, мне и Кати предостаточно.
Костя делает пару шагов к Артёму и спрашивает того:
— Ты что, боишься меня?
— С чего это? — спрашивает в свою очередь Артём, убирая от лица полотенце.
— Слишком активно сопротивляешься, — поясняет Коновалов, а я закатываю глаза к небу, ну вот, начались брачные игры, в главных ролях, неотразимый Коновалов, я такое уже не раз видел в Америке, и если Тёмка ещё не втюхался в него, то Костя костьми ляжет, но явно добьётся того, что сам желает.
— Ни хрена я не сопротивляюсь! — рявкнул Артём, — хочешь спать в моёй палатке? Спи! Будь вообще как дома, только некоторые должны понять, что поход, это не клуб, к нему готовиться надо, прежде чем переться куда-то сломя голову, — сказал он, переводя взгляд то на меня, то на Костю. И какого хрена я чувствую себя виноватым?
Кинув полотенце на бревно, Артём пошел к столу.
— Я как погляжу, характер у него не изменился, — буркнул недовольно Костя. — Как был гомофобом, так им и остался.
"Вот же чёрт недоделанный" — возмутился в сердцах я.
— Для начала, с чего ты решил что он гомофоб? А для конца, надо было ему звонить, когда я тебе говорил.
— С чего решил, с чего решил? Чувствую я! — сказал он отправляясь к компании.
Наблюдать как напивается Артём и как коршуном около него крутиться Костя, было с одной стороны забавно, а с другой, как то пугающе, неужели я так же крутился около Алины.
В какой-то момент, я даже подумал, что Костя закинет Тёмку на плечо и унисет в какую-нибудь берлогу. Но нет, всё обошлось. Костя отогнал Иру от Тёмы и сам начал с ним танцевать.
Да уж, картина Репина, «Приплыли», особенно когда Костян потянул свои ручищи к заднице Тёмки. Артём огрызнулся, нарычал на Коновалова и снова пошел напиваться.
В какой-то момент я потерял их из вида, наверное когда Катя потащила меня танцевать. Её руки скользили по моему телу с явным намеком на горячий и дикий секс, но меня это совершенно не возбуждало, от слова — совсем.
Меня будоражило лишь одно, Ира была рядом и я могу узнать, где мне искать Алину.
Вскоре я заметил улыбающегося Тёмку, который шел из леса, а через пару минут, оттуда появился Костя, с большой охапкой хвороста.
Думать о том, что они там делали, я не стал, не моё дело, но зато маленько прифигел, когда Тёмка разжег охапку хвороста и стал через него прыгать, хотя вскоре к нему присоединилась вся наша компания, кроме Юли, но она на сносях и Иры, но там как я понял, тонна высокомерия и зазнайства. Она весь вечер делала вид, что мы не знакомы, а наедине остаться, чтоб поговорить, тут нереально.
К концу ночи, Тёма пожелал искупаться в озере, но уже нагишом. Я распорядился ему больше не наливать, а девчонки весело подбадривали его, чтоб он начал уже раздеваться. Ирак так вообще, полезла ему помогать.
И тут то появился Костян и рыкнув Мирославу:
— Убери её! — направился к Тёмке.
Ирина возмущалась, брыкалась и обзывала Мира — придурком, но всё же ушла.
Костя отправил Тему спать в палатку, пообещав ему цветные сны, на что тот тут же согласился.
Проследив, как Артём заползает в палатку, я почему-то, на мгновение прифигел, такие простые действия и такие сексуальные, я ещё никогда не видел от мужика, может я тоже теряю свою ориентацию?
Хотя нет, бред это всё, я Алину как и прежде люблю, а может ещё сильнее.
Глава 34.
Спать с Катей в одной палатке, это сплошное неудобство и геморой. Она словно пиявка, постоянно липла ко мне, от чего становилось душно, жарко и противно. Мне постоянно приходилось отталкивать её от себя и лишь когда солнце начало потихоньку выползать из-за горизонта, я смог ненадолго уснуть, хотя… вскоре организм потребовал своё и пришлось встать.
Выползая, думал в какую сторону девочкам, а в какую мальчикам, но так и не вспомнив, хотя сам и придумал эти направления, помчался до ближайших кустов.
Вернувшись обратно к озеру, потягиваюсь и заметив у кромки воды Костю, иду к нему.