- Малышка! – окрикнул он меня, когда я уже достигла двери. – Мне очень жаль твоих родителей. Хорошо, что тебе удалось спасти сестренку. Как она кстати? Ждет ребенка? – я, похолодев, замерла. О том, что Машка беременна я узнала около месяца назад. Он тоже об этом знает. Этот мудак все знает. Тяжело дыша, я пыталась справиться с гневом. И как у меня только сил и бесстрашия хватало. Слишком смешанные чувства. – Если будет мальчик, пусть назовет в честь меня. А если девочка, то пусть будет в память о сестре. Васенька. Я позабочусь о том, чтобы со следующей Василисой ничего не случилось.
Резко повернулась и почти бегом устремилась к Линяеву, который, противно ухмыляясь, ждал меня у машины. Не думая о том, чем это может обернуться для меня (а подумать стоило), я со всего маху врезала ему ногой в пах и правой ладонью так сильно ударила по щеке, что у самой аж рука чуть не отнялась. Успела выхватить пистолет и направить его на охранников прежде, чем они успели подойти ко мне.
- Не смей трогать мою семью, ублюдок. Ты меня не знаешь. Я и выстрелить смогу. Плевала я на свою судьбу. Застрелю тебя, не раздумывая, и так же легко пущу себе пулю в висок. Ты меня не знаешь – еще раз повторила я и с этими словами залетела в подъезд.
Очнулась уже в квартире стоя на четвереньках прямо в прихожей. Меня трясло. Дико трясло от пережитого. Пистолет все еще был в моей ладони. Оружие как-то придает уверенности. Но не сейчас. Сейчас очень страшно за сестру. Когда смогла прийти в себя первым делом включила компьютер в процессе чуть не разбив монитор, потому что техника сильно тупила. Тут же написала сообщение Маше с текстом все ли у них в порядке. Ответа не было. Как не вовремя. И телефона у меня нет! Зараза. Так, тут где-то есть смартфоны мамы и папы. Они вообще-то неприкосновенны. Я вообще старалась не трогать вещи родителей, потому что это вещи родителей. Глупо, но для меня это память. Поэтому все рубашки, вся косметика мамы, вся техника, гитара, которая была продолжением рук папы, все это было трогать нельзя никому. Поэтому я давно перестала водить сюда друзей и съехала нахер, чтобы не страдать. Но теперь мне нужно было средство связи. Взяла папин телефон и быстро набрала Машу. Знаю, как она отреагирует, когда увидит кто звонит, но я должна удостовериться, что она в порядке. Шли долгие гудки, и я уже начала плакать, не имея больше терпения и надежды ждать.
- Кто это? – услышала я ее обеспокоенно-испуганный голос в трубке.
- Маш, с тобой все хорошо?! – взволнованно чуть не закричала я.
- Вася? Почему ты звонишь с папиного номера? Я перепугалась. Мы же договорились не трогать их телефоны.
- Знаю, просто… я свой оставила в универе, а сейчас… в общем у вас все нормально? – справляясь со слезами спросила я.
- Все хорошо. Ты что плачешь? Вась, что случилось?
- Нет, я болею просто. – тут же отмахнулась я, шмыгнув внезапно пробившимся носом, облегченно садясь на диван. – Как Гриша?
- Кажется, это я должна была звонить тебе с вопросом, все ли нормально. У нас все хорошо. Гриша на работе, я монтирую сижу. У нас все замечательно. Ты как? – на меня накатывала истерика. Я сейчас разревусь на фоне стресса, точно вам говорю.
- Да пойдет. Болею вот, температура поднялась. На конференцию гоняла сегодня, выступала. А так ничего особенного – как можно более уверенно проговорила я, чувствуя, насколько же это ложь. – Маш, слушай, ты же мне позвонишь, если будет что-то странное, да? Если у Гриши там на работе. Или у тебя странные клиенты.
- Вась, да что происходит? Почему должно быть что-то странное? Давай колись.
- Параноик я, Маш. Тебе ли не знать. Просто какое-то хреновое предчувствие. Не бери в голову. Просто позвони, в случае чего. Как твое самочувствие?
- Да знаешь странно. Пока вообще ничего. Ну то есть. Я что-то ощущаю. И подташнивает время от времени, а так вроде неплохо. Я думала, будет хуже. Слушай, мне монтировать надо, я должна сегодня отправить видео. Давай вечерком созвонимся.
- Да, конечно. Удачи. Грише привет.
- Я тебя люблю. Лечись, пожалуйста и перестань параноить.
- Я тоже люблю тебя – прошептала я в трубку.
Сука! Ублюдочный Линяев! Четвертую мразь! Пусть только в радиусе ста километров от Маши появится. Снесу башку. Разнесу полгорода, уничтожу все, что есть. Сама сдохну, да и плевать.
Так, спокойно. Василиса, выпей таблетку. И позвони Владимиру.
Что, собственно, я и сделала. Отыскать номер Владимира в сети не удалось, а наизусть я его, к сожалению, не помнила. И нигде не было записано. Черт. На сайте были какие-то номера для связи с компанией. На один из них я и позвонила. Трубку взяла девушка с пискляво-пронзительным голосом. Смена кадро-ов, сколько еще раз я должна сказать об этом Владимиру.