- Хорошо. – счастливо улыбнулся Владимир.
- Скучал? – понимающе поморщилась я.
- Скучал. – Владимир обошел стол и облокотился на него напротив меня. Я подкатила к нему ближе и оказалась между его колен (почти в рамках приличия). Чтобы уж совсем не испытывать нас обоих, я поднялась на ноги и снова поцеловала его. Два дурака. И когда это закончится? Он еле оторвался от меня, всматриваясь горящими глазами в мои. – С ума сойду. Но мы не будем делать это здесь.
- Не хочешь погулять?
- Хочу поесть. Тебя не спрашиваю, поэтому мы едем в одно уютное место.
- Домой?
- Нет.
- Но дома уютно и есть еда – заскулила я, еле поспевая за Владимиром, который тащил меня по коридору за руку.
- Если ты готова остаться у меня на ночь, то поехали.
- Как скажешь, кафе так кафе – тут же согласилась я. Нет. На ночь я еще не готова.
Глава 54. По крупице каждый день
Мы вышли с Владимиром с разных сторон. Я с главного входа, он через парковку. Подобрал он меня за углом, чтобы не привлекать внимания. По дороге долго спорили о том, где будем есть, в итоге Владимир заверил, что мне понравится. Сил спорить с ним не было.
Это была небольшая кафешка с немногочисленными посетителями и ленивыми официантами. И говорить ничего не хотелось. Хотелось сидеть в этом мягком полумраке и смотреть на спокойное лицо Владимира. Он источал счастье. Я, наверное, тоже, но это неточно.
- Чем ты хочешь заниматься? – спросил он, когда мне принесли салат. Сегодня я была намерена съесть все, что будет предложено. Стресс сказывается на пищеварении.
- Не спрашивай меня о таком. – округлив глаза, покачала я головой.
- Ну почему. Ты же поступила на историка. Тебе нравится история?
- Местами – уклончиво ответила я. Пауза затянулась, и я почувствовала на себе это довлеющий взгляд. Ему нужны ответы. Хватит скрываться-закрываться. Перестань заставлять его все клещами вынимать. – Слушай, я до последнего не знала, что я хочу. Я знала, чего я не хочу. Учить математику. Поэтому варианты с экономикой и политехом отпадают. К медицине не тянуло. Все эти рекламы, журналистика, социология – несерьезно или узко. Поэтому я решила брать по максимуму. Пойти на широкую гуманитарку. После проведенного родителями опроса выяснилось, что историки везде. Вообще куда не ткни, везде они. Это значило, что я смогу заниматься всем, чем угодно. Так что что я пошла на историка, просто от нечего делать. Ни к чему душа так-то не лежит. – беспечно пожала я плечами.
- Хорошо пойдем дальше. Какова твоя мечта? Или цель. Что тебе больше нравится в общем – с интересом подался Владимир ко мне. Пришлось отложить вилку и вытереть губы, чтобы серьезно ответить на этот вопрос.
- У меня нет цели. Я ни к чему не стремлюсь. Я не знаю, чего я хочу. Вот так.
- Это печально, ты понимаешь – я это понимала, как никто, но у меня нет смысла в жизни. Все слишком дерьмово. – У каждого должны быть стремления. Иначе для чего это?
- Для удовольствия – тут же ответила я. – Моя философия.
- Интересно. И что же ты делаешь для удовольствия? Какие у тебя есть удовольствия в жизни?
- Ем – улыбнулась я и съела последнюю вилку салата.
- Я серьезно…
- Я еще серьезнее. Ем, смотрю фильмы. Что еще? – знаю, что звучит наигранно безмятежно, но что я могу поделать, если это горькая правда.
- Вась, ну ты же несерьезно. – недоверчиво откинулся Владимир на спинку стула. Он улыбался, и я видела, что он не верил. А я так живу. Правда живу. Это грустно. Но я просто зафиксировалась в этом состоянии и боюсь шевелиться, потому что после смерти родителей, я вообще саму себя боюсь. Я боюсь своих срывов. Я выстроила свою жизнь так, чтобы не успевать много думать, чтобы быстро утомляться, чтобы меньше было свободного времени. И жизнь состояла из занятости. До сих пор все это работало исправно. Пока не появился Владимир и не увез меня в Штаты. – Ну ты же…
- Владимир, что ты делаешь для удовольствия? – перебила его я, пока он не начал меня лечить. Да, я и сама знаю, что жизнь моя говно. Зачем лишний раз поднимать эту тему.
- Спортзал, встречаюсь с друзьями, с семьей, мне нравятся гонки. У нас есть и такое развлечение. – утвердительно кивнул он на мою удивленную физиономию. – Да, мы любим гонять на машинах, на скорость, на маневренность. Чем опаснее, тем круче. Так я развлекаюсь.
Я на какое-то время задумалась. Нет, не о том, что моя жизнь скучна и сера. О том, чем Владимир занимается. Мои родители погибли в автокатастрофе, я чуть не погибла. А Владимир сам в руки смерти идет. Против ли я? Да, кто я такая чтобы запрещать или убеждать его в опасности. Он умный человек, он это понимает. Он осознает риски. Он не сумасшедший. Это значит, что я не смогу его убедить, только заставить. А я так не играю. Было бы неплохо не обсуждать эту тему вообще.