- Закройте дверь с той стороны – резко прервал он меня ледяным безразличным голосом. Меня это на секунду парализовало. – Вы меня слышите? – вызывающе огрел он меня своим властным подавляющим взглядом. Боже, очень тяжело сопротивляться.
- Владимир, я хотела сказать, что…
- Василиса, дверь. Немедленно. Вы задерживаете двенадцать человек.
- Это… - да, я вскипятилась и уже прищурила по привычке глаза, собираясь задать дежурный выбор, но вовремя одернула себя. – Страница пятьдесят шесть, сумма, спонсоры. – бросила я напоследок, когда дверь за мной уже закрывалась.
Интересно обстоятельства складываются. Ладно, я пыталась помочь. Как хочешь, Владимир. Спасибо ежики, что вовремя заткнули мою вечную мантру. Уж там точно было не время и не место ее произносить. Ладно, не до того сейчас. Нужно избавится от этих мурашек, вызванных его взглядом и голосом.
Рабочий день заканчивался, задерживаться я не стала и направилась к выходу, как можно скорее. Дома ждет слишком много дел. Я была почти у лифтов, когда меня парализовал этот вечно ледяной голос. Да что с ним такое!
- Василиса! – я остановилась. Не как вкопанная. А медленно и не спеша. Также размеренно обернулась, словно этот лед испарился возле моей внешней непрошибаемой брони. – В кабинет – непререкаемо бросил Владимир, но теперь-то я так просто не пойду. Здесь остались люди и мне тоже нужно восстанавливать репутацию. Весь коридор замер, захваченный развернувшимся действом.
- Что-то срочное? До завтра не подождет, мне нужно домой? – демонстративно глянула на часы. Время восьмой.
- Да, срочно. Живо.
- Можно еще раз?
- Я должен повторять? Не занимайте мое драгоценное время, Василиса.
- Как раз пытаюсь, но вы так настойчиво хотите его занять беседой со мной. Даю вам последний шанс отказаться от этой затеи. – едва удержалась, чтобы зло не ухмыльнуться. Уж не знаю, что за игра, но мне нравится.
- У вас пять минут, потом пеняйте на себя.
- Многообещающе – это я уже сказала ему в спину и так чтобы казалось, что слышат все кроме него. Но я прекрасно знала, что он тоже все слышал.
Я неторопливо прошла в кухню, где сидели притихшие курочки и с недоверием наблюдали за мной.
- У вас что-то случилось? – неловко прочистив горло, подала голос одна из них.
- У кого? – словно бы не понимая, отозвалась я, делая вид, что очень занята кофеваркой.
- Ну, у тебя и Владимира. Вы поссорились?
- Что? Почему? – правдоподобно смутилась я непонимающе.
- Ну… он так холодно с тобой разговаривал, вот мы и подумали… что у вас какие-то проблемы.
- Мне казалось, он всегда так разговаривает. В смысле холодно? Это его манера общения. Что тут удивительного?
- А он что всегда так с тобой? – ближе подошла девушка (одна из стареньких, но с кем не удавалось пересекаться близко. Света, кажется), и я уже добродушно развернулась ко всем, чтобы лицезреть их округленные настороженные глаза.
- А с вами он как-то по-другому разговаривает? – легкомысленно усмехнулась я.
- Ну нет. Но мы думали, что он с тобой помягче раз вы…
- Раз мы что? Раз мы спим? А вы что не знали, что он любитель плетки и диктата? Хотите синяки покажу? – я уже в открытую стебалась. Ну просто трэш, они мне верят.
- Он что тебя бьет?
- А он что похож на нежного мальчика, который заботится о ком-то кроме своего обожаемого бизнеса? – манерно закатила я глаза. Ну натуральные курочки.
- И что тебе это нравится? – недоверчиво скривилась Алина из маркентинга. Это что отвращение? Боже как мило.
- Ну, когда он меня оставляет на ночь спать стоя привязанной за руки к потолку, в этом мало приятного.
- Чего-о? Он так делает? – резко вздохнула Света с ужасом глядя на меня. Господи, ну какие мы впечатлительные, я не могу. – Почему ты это терпишь?
Пряча улыбку, я отвернулась обратно к кофеварке и неопределенно пожала плечами. Приложив стакан к губам, медленно повернулась обратно и увидела полные ужаса и сочувствия лица.
- А что мне остается делать? Лучше так, чем с Линяевым. Он, говорят, запирает в комнате на двое суток без еды и воды и в абсолютной темноте, стоит посмотреть как-то не так.
- Линяев? – Алина смотрела на меня как на сумасшедшую.
- А еще он вроде как ненавидит, если женщина кончает. Ну только если от боли научишься кончать, тогда тебе свезло. Так что я, пожалуй, лучше с Владимиром останусь, чем попасть в руки к Линяеву. – Тем более, про спать стоя я пошутила. Ничего такого он не делает, конечно, но у него свои методы психологического и физического давления.