- Так сколько ты сегодня спала? Просто скажи и поедешь домой, обещаю. Будешь опять допоздна готовить свои билеты, я тебе и слова не скажу.
- Четыре. – недовольно выдохнула я.
- Четыре? – переспросил Владимир, намекая мне на то, чтобы я сказала правду.
- Три с половиной. Честно. Не меньше.
- А ела?
- Два раза, только отстань уже и не читай мне нотации. Сессия закончится, и я высплюсь и наемся, обещаю. Приглашаю тебя на помощь даже. Просто сейчас, правда, не до этого.
- Ну, конечно, здоровье у нас не в приоритете. – недовольно промычал Владимир. – Все, беги, Кошка – я встала с его колен и, недолго поцеловав на прощание, поспешила домой.
- Не сиди долго – крикнула напоследок. Ну как крикнула. Скорее прошептала, в здании все еще люди.
Эту фразу всегда говорила мама перед сном. Такая бессмысленная просьба. Она знала, что не лягу рано, но все равно просила. Так и я. Знаю, что он опять уйдет с работы, хорошо если в десятом, но все равно говорю эту фразу.
Следующий инцидент случился в первых числах июня. Уже трижды мне приходилось сломя голову бежать в кабинет Игоря, чтобы случаем не нарваться на Линяева. Один раз я пряталась в туалете и один раз даже убежала домой. Точнее меня вывел Сергей, потому что кто его знает, кто там на улице. В общем нервов прибавилось. И вот однажды нас всех застали врасплох. Я была одна в кабинете Игоря, когда дверь открылась и на пороге оказался Линяев. Вот это встреча. Сказать, что я на месте умерла – ничего не сказать. Одно я знала точно. Мне не угрожает ничего серьезного. Максимум приставания, угрозы и так далее. Я не чувствовала того поглощающего страха. Не знаю почему я чувствовала себя в большей безопасности, чем обычно. Может виной тому его появление днем, когда работает весь офис. Это придавало мне уверенности?
- Ну здравствуй, Василиса.
- Добрый вечер, Артем. – старая не выдавать тревогу, панику и всю палитру эмоций, которые я переживала в тот момент, я поздоровалась, чуть отступив к окну. Нас разделял стол только стол. Линяев стоял в конце кабинета у самой двери, которую демонстративно закрыл на щелчок. Сука. Игорь, если у тебя не лежит пушка в ящике стола, это будет моим подарком тебе на день рождения. – Какими судьбами и открой дверь, пожалуйста. – делая вид, что очень занята бумагами в руках, попросила я.
- Соскучился – проигнорировав мою просьбу, он стал приближаться. Я держала образ сильнейшей заинтересованности в отчетах и старалась всем своим видом показать ему, что я его не боюсь и мне сейчас не до него. Я по очереди открывая ящики и раскладывала бумаги в них. Пистолета не было. Твою мать! Блять. Сука. Что делать теперь? Линяев уже стоял по ту сторону стола, опершись ладонями на дерево. – А ты скучала?
- Да знаешь как-то особо времени не было – изображая дикую занятость на лице, просматривала документы, в панике пытаясь придумать хоть какой-нибудь план. Кричать? Нет, он вырубит меня еще раньше и, кто знает, что сделает тогда. – Зачем пришел? Помощь понадобилась? На меня не рассчитывай, я в завале не только на работе, так что извини.
- Да ладно тебе притворяться, Василиса – хрипло проговорил Линяев и едва не коснулся своей ладонью моей щеки. Успела отскочить в самый последний момент.
- Не смей – звенящим голосом предупредила я. – Не смей меня касаться, Линяев. Мы с тобой рассчитались. – ткнула я в него пальцем, указываю всю серьезность своих слов.
- Да что ты говоришь. А мне кажется у тебя есть еще должок. Вернешь, и я перестану тебя тревожить. Ну так что?
- Чего ты хочешь? – с видимым раздражением и плохо скрываемым страхом спросила я. Взяла объемную папку и пошла к шкафу. Игорь, молю, у тебя же кроме выпивки должно быть оружие, ну. Я верю в тебя, Игорь, пожалуйста.
- То же что и раньше, Василиса. – я услышала… о нет. Звук ремня и молнии. Сука. Игорь, твою мать! Владимир! Кто-нибудь! Ребята помогите, прошу. К горлу покатил комок, влажные руки зашлись мелкой дрожью. Файлы посыпались из рук и все, как назло, оказалось на полу.
- Линяев, приблизишься, я тебе член отрежу, потом не жалуйся. Оставь меня в покое, ты понял? Я сделала все, что ты просил. Но это… – я уверенно повернулась к нему и говорила так твердо, насколько это было возможно. Глядя прямо в глаза, пытаясь внушить ему свою силу и серьезность. Но его, кажется, было абсолютно ровно на мои попытки. Вот теперь страх как следует сдавил горло. Дышать я больше не могла. Он пришел сюда не за тем, но передумал. Хотите сказать это опять я, такая плохая, его спровоцировала?