Через десять минут пришла очередь чайных пакетиков. Они также на десять минут опустились на мои глаза. Конечно, эффект это принесло, но лицо было все еще красным, так что я налила себе чай, который намеревалась выпить изначально и вышла на балкон. Макбука я не нашла, а в комнату Владимира заходить не было никакого желания. Поэтому я просто наедине с чаем умостилась на балконе и стала писать на найденных стикерах сказку. Всегда чтобы успокоиться начинаю что-то писать. И стараюсь писать такое сущее вранье, что самой смешно становится. Вот этим сейчас я и занялась.
Мне кажется, просидела я там довольно долго. Вернуться меня заставила хлопнувшая входная дверь. Я, конечно, была не уверена, что Владимир дома, но все равно напряглась и плотнее подтянула коленки к себе, превращаясь в совсем уж маленький клубок на полу. Шаги приближались. Прыгать не вариант. Можно было попробовать соскочить и повиснуть на время на руках, но маловероятно, что я потом сама заберусь обратно. Пока я раздумывала, балконная дверь распахнулась, и я увидела Владимира. Честно выдохнула с облегчением. Я успела надумать себе такого, что хватило бы на мини-сериал в жанре хоррор.
- Не смотрите на меня так, я была готова выпрыгнуть – невозмутимо пояснила я свой вид.
- Ты что совсем? – возмущенно воскликнул Владимир и одним рывком поднял меня на ноги. – Поверить не могу, что тебя так легко довести! – сокрушенно шептал он мне в лицо.
- Слишком много думаете о себе – я избавилась от его горячих ладоней, но только из гордости. Нет, мне нравилась его злость. Он думал, что я прыгну из-за того, что он наорал на меня. Да господи, я вас умоляю! Понятия не имею, что нужно сделать, чтобы я покончила с собой. Я же назло буду жить и мешать. – Я испугалась, что Линяев так быстро на меня вышел и вот думала, как сопротивляться.
Я спокойно прошла мимо него, но у меня екнуло. Ох, ну мне все-таки льстила его забота. А вообще я мстила. Да-да своим невозмутимым поведением, словно мне вообще плевать на то, что он там говорит думает и делает. Я тут в неволе. И он наговорил мне кучу гадостей. Хоть я и знаю, что он так не думает и ему немного, но стыдно за свои слова, однако я не намерена спускать эту ситуацию на тормозах и делать вид, что со мной можно так разговаривать. Так что пока не начнет идти на уступки будет иметь плюс одну головную боль в виде меня. Я же не собираюсь способствовать. И если он думает, что я забыла о своих принципах, то он весьма ошибается. Я лишь на время позволила ему больше положенного.
- Здесь ты в безопасности. Тебе не о чем переживать, можешь не бояться. – Владимир пришел следом за мной. Черт, знаете, когда нет телевизора и ноута, то просто невозможно понять, чем заняться. То ли жрать, то ли спать. Надо бы найти книги. Владимир ожидал, что я что-то скажу, но я была не намерена разговаривать. Хватит с меня. Хотел стерву? Получи и распишись, дорогой. Это мы умеем. Сам устанет от меня. – Мы можем поговорить?
- Вау, разговоры? Что-то новенькое или снова о моих сексуальных пристрастиях? – о да, скрывать, что меня это задело я не намерена. Скандалы не в моем стиле, а вот безобидные напоминания выводят гораздо сильнее.
- Я как раз об этом. Я не хотел говорить то, что сказал. Мне жаль. – ну видите. А я о чем? Я все прекрасно вижу. Но ладно. Он все равно еще настрадается. – Насчет новенького. Я заказал ужин.
- Мы не доели еще то, что в холодильнике. – непонимающе открыла холодильник, чтобы убедиться и оказалась права.
- Не хочешь свежего?
- Не люблю ресторанную еду – шах и мат. Да на что я рассчитывала? Как будто его это заботит. Так что сказала просто для справки. Кто ж знал, что он серьезно воспримет эту справку.
- А что любишь?
- Домашнюю – это же логично. – пожала я плечами и отправила в рот виноградинку. Скучала по фруктам. С тех пор как живу одна перестала их покупать почему-то. – Можно вопрос? Хотя даже три. Один я уже задала – продолжила я, не дожидаясь ответа. – Второй: когда я получу свой телефон? И третий: когда я получу нормальную одежду?
- Можно. Завтра. – коротко ответил Владимир, а я изобразила жест, требующий продолжения. – Завтра сюда прилетает Сергей. Он привезет твою сумку и одежду.
Неплохо. Кивнула и ушла в свою комнату. Он не собирается мне ничего говорить. Зачем терзать друг друга неловкими молчаниями. К черту это все. Заперлась и продолжила расписывать стикеры. Через полчаса это стало невыносимым.