- Что за хрень? – хрипло прошептал он.
- Владимир, просто выслушайте меня, хорошо? Я прошу. Я знаю, что вы скажете. Я идиотка. Я сама во всем виновата. Простите меня пожалуйста, я больше не посмею вам мешать и буду делать, что вы скажете, только пожалуйста, не…
- Василиса, что блять с тобой сделали?! – он закричал, а я умерла от этого крика. Нет, он был не гневным. Точнее гневным, но гнев был направлен не на меня. Он был испуганным. Владимир действительно был напуган. Он подошел ко мне вплотную и резко распахнул мой пиджак, чтобы лицезреть теперь алую рубашку свободного кроя. – Твою мать… - Владимир ошеломленно смотрел на меня, оглядывал с ног до головы. – Ты… Вася, ты…
- Это не моя кровь – тихо ответила я, глядя на него снизу вверх загнанным зверьком. – Это не моя. Я не ранена.
- Че за херня, ты мне можешь объяснить? – кажется, выдохнул он, узнав эту немаловажную для него информацию. – Почему тут пистолет? – спросил он, увидев на полке оружие с моими кровавыми отпечатками.
- Владимир, я все объясню. Только пожалуйста не убивайте никого. – дрогнувшим голосом ответила я. – И меня. – на этом я опустила глаза.
- Василиса. – Он подошел ко мне и некрепко сжал мои плечи. – Вася – чуть тряхнул он меня. – Расскажи мне, и мы с тобой все решим. – кажется его голос чуть потеплел. Это только кажется. Это пока. Пока я не начала говорить.
- Только не отдавай меня. – тихо начала я. Я действительно подумала о том, что ведь Владимир меня не убьет. Не убьет. А вот отвернуться может. Забьет на меня, потому что я сама рвусь в лапы чудовищу. – Я должна была сразу рассказать. Я дура и нет тут оправданий. Адекватной и разумной мотивации моим действиям нет, я сама знаю – глядя на свои красные руки, продолжала я. – Помнишь, когда я последний раз была в офисе. Накануне после экзамена меня поймали. Я их почти сразу заметила и не далась. Я их припугнула пистолетом и слегка ударила. Их было двое, но они меня не тронули. Я не хотела рассказывать, потому что перед этим вы были… очень злы на меня за то, как я себя вела в офисе. И это понятно. Мне это понятно. Это закономерно. Но вы меня напугали и тогда на следующий день тоже. Я бы может и рассказала, но вы тогда меня чуть не выкинули из окна. И я не стала говорить. Я не знаю, о чем я думала. Надо было хотя бы Сергею сообщить. Сегодня перед экзаменом я знала, что будет. Я знала, что меня ждут, но я снова воспользовалась пистолетом. Мне нужно было на экзамен, мне нельзя было ни к каким Линяевым. Поэтому я им просто не позволила себя схватить. Но после я знала, что мне не отвертеться, меня захлестнула такая волна паники. Я не могла справиться с этим и знала, будет что-то ужасное. Я стала звонить Сергею, но не успела набрать, когда меня просто запихнули в машину. Я не смогла бы при всем желании отбиться. Они перемотали мои руки скотчем и заклеили рот. Потом мы остановились. Они сказали, что у них гости. Один остался сидеть со мной в машине. Я разбила ему нос затылком. Убежать не вышло. Они кинули меня в багажник и сверху… положили труп убитого парня. Они убили его на дороге и положили его сверху. Это его кровь – к горлу подкатили слезы от всех этих воспоминаний, поэтому пришлось замолчать на несколько секунд, чтобы прийти в себя.
- Дальше – приказал Владимир. Ярость? Тогда уж ярость в кубе. Меня сносило. Он еще держался, но я видела побелевшие костяшки.
- Я нашла у того парня нож. Когда меня выволокли, мы были уже на трассе. Там лесопосадка. Я порезала одного ножом, выхватила у него пистолет и выстрелила в тех, кто шел впереди. В двоих. А потом, когда оставшийся попытался выстрелить этим же пистолетом в меня, всадила ему нож в грудь возле плеча. Села в машину и уехала. У меня дома сидят какие-то отморозки – последние три предложения были сказаны уже скороговоркой, и я бессильно наклонилась к коленям, стараясь дышать так, чтобы не разреветься и не упасть в обморок. Меня колотило. Я уже перестала что-либо понимать. Я просто чувствовала, как дрожит все тело. Слез уже не было, было какое-то необъяснимое состояние. Я не понимала, что со мной происходит. Но трясло меня похлеще чем в футболке в минус двадцать.