- Сергей, приказ четкий нужен? – бросил холодно Владимир через плечо, все еще не двинувшись с места. – Я скоро подъеду.
- Не надо. – так же сухо ответил Сергей и удалился.
- Подними глаза – приказал Владимир. И снова. Да сколько можно-то!
Я не отреагировала, все еще пытаясь привести себя в чувства. Владимир сжал мои плечи и поднял меня до вертикального положения. С одной стороны хотелось убежать и спрятаться, с другой – прижаться и найти покой у него на плече. Но нет. Я тогда вообще расклеюсь. Владимир собственноручно поднял мою голову на нужный ему уровень. Я послушно открыла глаза. Он не просил вслух. Он приказывал ментально. Это пробирало до костей. И ослушаться я больше не могла. Я сначала не понимала, что у него на уме. Что значит этот взгляд глаза-в-глаза.
- Ты теперь понимаешь, почему я все это делаю? – довольно спокойно проговорил Владимир изучающе рассматривая мои глаза.
- Только не злитесь – шептала я. Пожалуйста.
- Ну что ты, милая. Я не злюсь. – он, кажется, даже ласково погладил меня по голове. – Я просто в ярости – тем же голосом, но слегка сквозь сжатые зубы проговорил он, сжав волосы в кулак на мое затылке. – Василиса, ты понимаешь вообще, что творишь? Ты осознаешь вообще последствия своих действий? – шептал он мне на ухо, а я вся содрогалась, глотая слезы. Он крепко держал мою голову, так что, если бы я вырвалась он, наверное, содрал бы мой скальп. – Ты хочешь к Линяеву? Я тебя отправлю. Один звонок. И я тебя к нему отправлю, это несложно.
- Не надо – заскулила я, схватившись за его локти. Буквально повиснув на нем. – Пожалуйста, не надо.
- Чего ты хочешь, Василиса? У меня такое чувство, что тебе нравится это все. Может, я чего-то не знаю? Ты хочешь, чтобы он тебя трахнул? Может, на деле он тебе нравится? Может в нашу первую встречу я был прав? – продолжал яростно нашептывать Владимир, с каждый словом его слова становились все резче и больнее.
- Не надо. Владимир, простите меня, пожалуйста. Я прошу вас. Я не хочу. – дрожащим голосом шептала я. Мои внутренности завертелись, как в центрифуге. Я боялась, что он и вправду это сделает.
- Если ты не хочешь. Тогда какого хера произошло, Василиса?
- Я же сказала, я все поняла. Я идиотка. Я должна была сказать.
- Почему не сказала? Это сложно? Я бы убил тебя? Или ударил? Я когда-нибудь делал тебе больно, а, Василиса? – Владимир теперь уже крепко сжимал мои щеки, внимательно вглядываясь в мои глаза. – Это вопрос. – уточнил он. Он хочет правдивого ответа и мне ничего не остается кроме как кивнуть. – И когда же? – он убрал руку с щек и переместил ее на горло, но сжимать не стал.
- Когда ударили в окно своего кабинета. – прошептала я, закрыв глаза.
- Взгляни мне в глаза и скажи, что тебе не понравилось. – вкрадчиво потребовал он.
- Не понравилось – послушно открыла глаза и возможно даже жестко ответила я. Я смела еще злиться на него за это. – Я испугалась. Я боюсь вас сильнее Линяева.
- Василиса, я не раз говорил тебе, что никогда не обижу, ты это помнишь?
- Но сделали это уже не раз – как так быстро успела вернуться Василиса? Где дрожащий голосок и перепуганные глазки?
- Ты боишься меня сейчас? – тем же голосом продолжал Владимир, оглаживая мое лицо. Я ничего не ответила. Он и сам все видел. Я боялась его до чертов. До красных пятен в глазах. – Хорошо. Иногда тебе полезно хоть чего-то бояться, потому что у тебя нет тормозов. Ты отбитая, и я больше не поверю, что ты здравомыслящий человек, который не будет просто так рисковать жизнью. Ты поняла меня? Я тебе больше не поверю. Понятно? – я продолжала молча смотреть на него, борясь с собственной истерикой. – Я вопрос задал. – он сильнее сомкнул пальцы у меня в волосах и на горле.
- Понятно – просипела я в ответ, чувствуя, как пелена застлала глаза. Я их закрыла. Нет смысла больше видеть это разъяренное лицо.
Владимир отошел от меня, я потеряла опору и осела на холодную плитку. Сил ни на что кроме как борьбу с истерикой не было.
- Вот именно поэтому блять мне важно, чтобы ты никуда нахуй не ходила! Именно поэтому блять мне надо, чтобы ты слушала что тебе, сука, говорят! – теперь уже прорвало Владимира. Я слышала громкий звон бьющегося стекла, падающих предметов. – Потому что ты блять своими тупыми куриными мозгами можешь только создавать проблемы, а не решать их! Сука! – продолжал беситься он, разбрасывая вещи вокруг себя. – Еще один прокол и отправишься к Линяеву и Синельникову! Я сука не намерен вечно нянчиться с тобой! Пора мозг включать, а не пиздой думать! Дура ебанутая!
С каждым словом, с каждым звуком, я уходила все дальше в себя. До тех пор, пока не потерялась. Лежала и не шевелилась возле ванны, поджав коленки и накрыв руками голову. Я уплыла далеко в свои мысли. Я не плакала, нет. Я думала. Много думала. Обо всем подряд. Постепенно я сделала вывод, что Владимир прав. Во всем был прав. И сейчас тоже. У меня была куча вариантов, как избежать этого. А я, ебанутая, побежала им в лапы. Ебанутая. Правильно он кричал. Правильно пугает. Все правильно. Я действительно без тормозов. Возомнила себе невесть что. Я смогу сама справиться с Линяевым? Серьезно, Вась? Да никакая Василиса Андреевна не справится с Линяевым. Ты дура высокомерная. Не ту планочку взяла. Человек для тебя все, а ты ему словно в душу плюнула. Страдай теперь. Лежи и жди, когда тебе прикажут. Вопросами она своими швыряется. Просьба или приказ. Какие нахуй вопросы. Тебе приказали, будь добра сделай. Владимир тебе сотню раз сказал, что не обидит. И по-настоящему не обижал никогда. Просто так не обижал. Ты сама к этому приводила. Ты сама виновата во всем, что с тобой случилось. Либо ты реально начнешь мозг включать, либо ты умрешь. Просто умрешь. Потому что Владимир не всемогущий. Он не может контролировать твои действия, когда ты за спиной действуешь. Когда ты с ним нечестна. Страдай.