Проезжали Эмпайр стэйт билдинг. Сергей мне что-то вещал по поводу него, но я не особо слушала впечатленная высотой и красотой. Ну и почему я не могу здесь сфотографироваться. Ладно, не жалуюсь, я все-таки бесплатно в Нью-Йорке. И явно не на отдыхе. Что-то шутила, о чем-то смеялась, везде восторгалась. Мы ехали, наверное, целую вечность. Но я как-то не особо замечала, потому что постоянно что-то видела, что восхищало мое воображение. Мне кажется, даже если бы меня везли по деревне, я бы вела себя также. За неделю я забыла, как выглядит мир. Сергей постоянно издевался надо мной передразнивая или шутя по поводу того или иного строения, когда я спрашивала, что это. Он выдумывал совершенно безумные вещи типа «этот дом спроектировала девятилетняя девочка, нарисовав на бумаге, а ее отец инвалид воплотил это в жизнь, чтобы дочка успела увидеть красоту, прежде чем умрет от рака». Ну я реально же верила во всякую чушь, которую он нес. А тот угорал над моей наивной восторженностью. Дурачок. Конечно, это было смешно. Особенно когда мы пошли в центральный парк – это такая огромная зеленая площадь, которую окружает каменный лес небоскребов. Сергей попросил меня вести себя адекватно. Ну когда я так делала? И вообще, что такое адекватно?
Нет, сначала все было хорошо. Мы гуляли, пару раз присаживались на скамейки, потому что мои ножки сильно уставали. Рот просто не закрывался, мы обсудили все, что можно. Да, было действительно весело, он рассказывал мне сумасшедшие истории про работу у Владимира, каких кадров он встречал и каких приходилось наказывать за их дерзость. Рассказывал в каких поездках был и какие у Владимира были девушки. Конечно, он мне напоминал, что он теперь точно лишится работы и его наверняка оставят в США без права въезда в Россию за его длинный язык, но я лишь смеялась и продолжала подбивать его на веселые рассказы.
Например, он мне рассказал ту историю о Мариночке. Долгое время она была девушкой Владимира – год или около того. Но виделись они редко, а когда виделись проводили время в ресторанах или бутиках. В итоге Владимир прервал с ней все связи. Да и остальные были похожи. Многих находил в грязи, вытаскивал в свет, а они, потом, расправив крылышки, начинали наглеть.
- Его никто не любил, Василиса. За все эти годы, что я у него на службе, а это порядка восьми лет, никто его не любил по-настоящему. И он не мог полюбить. Всем девушкам нужен был статус или деньги. Некоторые даже через него проводили свои авантюры. Некоторые начинали с ним отношения, чтобы запудрить мозги, хотели, чтобы он продал свой бизнес, но ни у одной не получилось. Он слишком проницательный. Всегда было печально видеть его с этими девицами, которые видели в нем свою безлимитную карточку. И с виду-то они все такие красивые, милые и заботливые. Но на самом деле стервы. Не видели они в людях людей, обращались как со скотиной. Игорь и тот человечнее. Особенно после знакомства с тобой.
- Ой, ну ты еще начни – отмахнулась я от Сергея и улеглась на газоне, вытянув ножки, которые предварительно освободила от туфлей. Какое блаженство.
- А что начинать-то? Мастер преобразился. И в лучшую сторону. Уж не знаю, что ты с ним сделала. Да ты вообще как-то по-особенному на людей влияешь. Взять того же Владимира.
- А у него-то что? Как был непробиваемым холодным боссом, так им и остался.
- Ты что, правда не видишь? – усмехнулся Сергей. – Ну и ладно. Потом может быть поймешь.
- Да что пойму! Ты объясни мне! – я перевернулась на живот и уставилась в его сощуренные от солнца глаза.
- Чтоб ты понимала. Я за восемь лет не слышал крик Владимира. Я не видел, чтобы он бил кулаком по столу. И никогда бы не подумал, что он способен на поступки, на которые пошел сейчас. Я не буду тебе ничего конкретного рассказывать, я думаю, однажды, когда все закончится и, если ты спросишь у него, он тебе обязательно расскажет. Но поверь мне. Он идет против самого себя, чтобы тебя спасти. Он плюет на свои принципы. И он жертвует самым дорогим, что у него до сих пор было. Своим бизнесом. Это что-то значит.
- И зачем он все это делает? – легкомысленно откинулась я на спину.
- Ты и сама знаешь. Прекрасно все знаешь, Василиса, потому что неглупая.
Конечно, знаю. Точнее я все это время догадывалась. Да, я старалась не обращать внимания на те взгляды, которые ловила на себе. Старалась переворачивать свое восприятие Владимира, потому что не находила объяснения его поступкам. Не понимала, почему он все это делает. Зачем ему сдалось спасать какую-то девчонку, которая по-своему помогла. Была у меня, конечно, мыслишка, но до того смешной она мне казалась, что я тут же ее убрала в дальний уголок сознания. Обманывать саму себя и давать надежду… Надежду. Нет, я больше никогда не понадеюсь. Я уже не смогу поверить в то, что все будет хорошо. Оно если и будет, то вряд ли достаточно, чтобы я уверено сказала «хорошо». Нет, не пессимистка. Просто слишком много у меня уже отняли. Последней была квартира. Там было все. Я старалась не думать о том, что я на самом деле потеряла. Материальные воспоминания. Что со мной будет, когда я туда вернусь.