- Отдай ей туфлю, и мы пойдем – скомандовал Владимир и направился к двери.
Сергей лишь фыркнул и взяв со столика одинокую туфельку преклонил передо мной колени.
- Золушка, пожалуйте вашу ножку. – распоясничался он, тут же склонив голову в покорном жесте. По обыкновению закатила глаза и подняла ногу. Держаться было не за что, но я решила, что во что бы то ни стало удержусь за воздух, поэтому даже не покачнулась, когда Сергей, по-хозяйски взяв мою ступню, надел на нее обувь. Я уперлась каблуком ему в грудь и неожиданно толкнула – Золушка, ты пронзила мне сердце! – валяясь завопил Сергей.
Сдерживая смешок, развернулась и походкой самоуверенной модели пошла на выход, где наткнулась на хмурую тучку с именем Владимир. Да что такое! У него где-то точно есть переключатель настроения, и механизм поломан. Ничего, починим. Ой, только не этот тяжелый довлеющий взгляд. Хорошее настроение улетучилось, и улыбаться мне больше не хотелось. Обижаться на взгляд? Глупо. Я ничего не могу сделать. Если у него ужасное настроение, у меня не может быть хорошего. Точнее как. Если Владимир злится, и я чувствую, как эти волны задевают меня, я не могу этому сопротивляться и буду ходить злой собачкой и огрызаться на все и всех. Пока у него это не пройдет. Последний пунктик в своем характере, который мне так и не удалось исправить. Восприимчивость чужих эмоций.
Ехали в молчании. Я дулась как маленькая девочка и ненавидела себя за это. Ненавижу эту бабскую часть себя, которая заставляет меня вести себя неадекватно. Разум, на помощь!
- Что не так? – ничего себе вопросик! С каких это пор нас волнуют такие мелочи.
- Мне бы следовало задать вам тот же вопрос, но я не хочу. Так что все нормально – я старалась сказать это как можно более обыденно. Получалось ужасно, потому что я все еще чувствовала, как он недоволен.
- Со мной-то все так, а вот ты… - Владимир неопределенно мотнул головой, но продолжать не стал.
Вот и правильно. Потому что и мне этого не хотелось. Нужно разрядиться, но в пробках это просто не представляется возможным. Отвернулась к окну, задумавшись о своей жизни. Той, что началась со времени истории в конференц-зале. Все словно закрутилось в огромный водоворот, а я в центре всей этой катастрофы и не могу выйти оттуда, потому что, если попытаюсь, меня ударит и отбросит назад. Или я умру. Очень обнадеживает. Василиса, такими мыслями ты доведешь себя… До края пропасти. Ты туда уже падала. До сих пор не вылезла, хочешь обратно на дно? Там темно, холодно и мерзко. Заканчивай.
- Василиса – вытянул меня из ужасных мыслей спокойный голос Владимира. Он протягивал мне телефон. Не поняла. На связи Линяев или… ну судя по выражению лица Владимира ничего страшного. – Я за рулем. – пояснил он на мой непонимающий взгляд.
Приложила трубку к уху и подала голос. На том конце оказался Игорь. Ну еще его мне не хватало.
- Выспалась? – издевательски поинтересовался он.
- Это вопрос?
- Вообще не скучал по тебе. Надеюсь, ты затеряешься где-то в Нью-Йорке и перевоспитаешь всех американцев. Серьезно, не возвращайся сюда, тут такой кошмар.
- Что случилось? – тембр голоса снова приобрел профессиональные спокойные нотки человека, уверенного в том, что решить можно все.
- Вам надо возвращаться. Точнее Владимиру. Тебе бы там жить начать и дело с концом. А мы тут Линяева сами прижмем. Но Владимиру нужно обратно. Он меня не слушает. Говорит, что пока тебе не перестанет что-то угрожать, он будет с тобой там. Но он нужен здесь. Если он в ближайшие дни не приедет, то все что он строил эти годы просто рухнет и не воскреснет. Процесс запущен. Убеди его вернуться.
- А можно подробности?
- Нет – отозвался Владимир и протянул руку за телефоном. Проигнорировала жест продолжила вслушиваться в то, что мне скажет Игорь.
- Василиса, не уверен, что тебе можно или нужно это знать, но Линяев на месте не сидит. Он подгребает всех под себя потихоньку. Совет скоро согласится принять его новым генеральным, если Владимир не явится. Нет смысла углубленно объяснять тебе, что происходит, но он должен вернуться. Он сам это понимает, но из-за тебя… - зашибись слова подобрал! У меня аж кровь вскипела от этой формулировки! Из-за меня Владимир может лишиться всего. Да как я жить потом буду! Скандала чувствую не избежать, но я сделаю все, чтобы отсрочить его. Или сгладить все острые углы.
- Я поняла.
Молча сбросила и вложила телефон в протянутую руку Владимира. Тот выжидающе смотрел на меня. Не смотрела в ответ. Смотрела на дорогу. Хоть один из нас должен. Плевать я хотела. На все и вся. Хоть обсмотрись.