— Не молчи!
Он дал мне пощёчину, я отвернулась. Стиснула зубы.
Я не хотела всхлипывать. Не хотела рыдать в голос. Это получилось как-то само собой. Я просто надрывно закричала в высокий потолок и разрыдалась, как ребёнок, всхлипывая.
Гор обнял меня, прижал к себе, от него исходило тепло, которое без оборота мне было очень нужно.
Я слабая в его руках, а он зацеловывал моё лицо, хватал своими грязными руками мою , ещё сутки назад налитую, грудь, теперь уже и молока не осталось. Все перегорело от стресса и ужаса. Груди он излечил, и тут же припал горячим ртом к маленьким розовым соскам.
Был возбуждён, в нём неистовый напор.
Ключ от всех дверей
****
Я сидела, скрестив ноги, на медвежьей шкуре. Из изодранной юбки сделала сарафан на своём теле. Смотрела на подаренный мне любимой мамочкой рюкзак.
Не помнила точно, но кажется, пошёл пятый день моего пребывания в неволе. Гор уверен, что меня не кормит, и я голодаю, я уверена, что очередной взятый из кармашка сухарик – последний.
Я сунула руку в рюкзак, взяла сухарик. Другой рукой залезла. Там, где только что был один сухарь, не оказалось пустоты, а лежал ещё один кусок. Так я и осталась сытой, постоянно хрустела.
С точки зрения колдовской науки… Это только теория. У мамы был склад сухариков, и она сделала пространственную дыру от того склада к карману этого рюкзака. Я ем сухари через этот рюкзак до тех пор, пока где-то далеко не закончится эта провизия, или пока не уничтожен рюкзак.
Грызя свою еду, я обвела взглядом помещение. Поднялась на ноги. Силы восстанавливались, половина руны Необорота снята. Осталось немного, самое главное продолжать изображать из себя умирающую. И не пахнуть сухариками.
Это часть зала была отделена перегородкой, но двери не имела. Каменный пол ледяной, в этом месте не сухой, а покрытый ярко-зелёным, будто ядовитым мхом. Он мягкий, под ним лужи. Посередине зала колодец. В колодце журчала вода. То ли били ручьи, то ли это была подземная река. Сам выложен камнем, широк.
Из большого окна почти под потолком лился яркий солнечный свет осеннего утра. И луч падал прямо на колодец. От чего вода сверкала, и было видно дно.
Глубоко, если принимать во внимание, что вода могла хорошенько так метраж вниз искажать.
Вот дно, усыпанное камнями. Я села на край бортика каменного колодца, потянулась рукой, почерпнула воду и выпила.
Гор не кормил меня. Он закрыл все двери, по его мнению у меня была только вода. Сказал, что я должна пойти ему навстречу и подружиться с ним, только после этого будет меня кормить.
Я сейчас должна была собраться с силами.
Хитрить надо, но злоба на него пока не разрешала этого делать. Поговорить с Гором, рассказать ему, что, собственно, дети просто так не получается. Что нужны благоприятные условия. Я усыплю его бдительность, буду ласковой и нежной. При первой возможности убью его.
Решётки наверху наверняка не такие уж и крепкие. Мне надо сбежать. А потом я вернусь.
Я смотрела на сверкающую воду, изучала стенки колодца. Взгляд скользнул ниже. На дне лежали разноцветные камни. Точно было несколько ручьев – были заметны потоки воды. И неожиданно луч света отразился от чего-то металлического на дне, ослепив меня на секунду.
Я взбудоражилась, присмотрелась.
На дне колодца что-то лежало, но еле заметное. При первом рассмотрении даже не удалось понять, что это. Я аккуратно сняла юбку. Вода была ледяная, но я не верю в случайности. Гор туда что-то выкинул из моего рюкзака. Не дав себе время на рассуждения, я смело, набрав полную грудь воздуха, нырнула с бортика вниз.
Сердце в груди ёкнуло от холода лютого!
Обморозило кожу, и голову сковало горящим льдом. Ну, я целеустремлённо упала на дно. Рукой пошарив между камней, наткнулась на какой-то предмет, прихватив его. Оттолкнулась от дна и вынырнула.
Но этого было мало, мне нужно было ещё подняться по стенкам колодца выше.
Трясясь всем телом, цеплялась за скользкие камни. Медленно поднимаясь, ухватилась за край купальни и поднялась. Выкинула своё тело на пол. Легла на свою юбку лицом к высокому своду башни.
Раскрыла ладонь. Между моих пальцев свисала толстая серебряная цепь. Каждое её звено было завёрнуто в знак бесконечности, и имело украшения в виде крохотных листочков. Висел на цепи длинный, острый ключ, напоминающий старинный. И по всей длине ключа, с двух сторон тянулись камни разноцветные. И камни эти то пропадали, то вновь появлялись. Точнее, они были, но глаз их не всегда мог уловить. Колдовская штучка, подаренная мне мамой. Я взяла ключ, приложила к своей груди. Закрыла глаза.