— Если нам всем тогда до этого будет. Не думаю, что Иритен так легко сдастся.
— Не важно, — судя по звуку, Лавр помотал головой. — Если все закончится хорошо, мы можем опять использовать айкиров, чтобы провести еще один ритуал.
Некоторое время в комнате стояла тишина, а потом Тирик задумчиво спросил:
— Кстати, об айкирах. Нам обязательно участие этой Мельхиары?
— Не знаю, Риний говорит, что с ней у нас чуть ли не в двое больше шансов.
— Меня беспокоит, что контроль над ней в руках Ксеонира. И что за браслет он вертел в руках?
— Не имею ни малейшего понятия, но судя по всему, эта вещь для девчонки важна. Но ты знаешь…
Голоса вдруг поменяли свое звучание — раски перемещались по комнате. Затем раздался еле слышный скрип открываемых дверей и голоса совсем затихли. Мари перевела дыхание и, выждав пару минут, выглянула из нашего укрытия. Спустившись с подоконника, она тихонько прокралась к двери из комнаты и прислушалась. Я сбросила ей успокаивающую мысль — раски действительно ушли. Хозяйка немного расслабилась и задумчиво посмотрела на стеллажи с книгами.
— Ну и против кого тут, интересно, заговор? — тихонько спросила она саму себя.
"А не все ли равно?" — я также спрыгнула с подоконника, — "И те, и другие собираются использовать тебя. Расскажешь Ксеониру?"
— Вот еще! — фыркнула хозяйка, — пусть сам разбирается. Он и так нам не мало крови попортил.
Она сердито тряхнула головой, и, подхватив заинтересовавший ее ранее фолиант, направилась обратно в свою комнату. Я серой тенью последовала за ней.
Глава 12
Со дня памятного разговора, когда раски, наконец, объяснили, чего ждут от Мари, прошло уже три дня. Моя хозяйка скучала, таская потихоньку книги из библиотеки, однако повисшая в воздухе неопределенность заставляла ее все больше нервничать. Раски как будто позабыли о ней, при встрече в коридоре в лучшем случае окидывая презрительным взглядом. Хорошо хоть свободу передвижения нам так и не ограничили. Лига Ксеонира после разговора с ним Мари тоже больше не видела, кажется, он даже опять куда-то пропал.
Сегодня я оставила хозяйку наедине с завтраком, а сама отправилась немного побродить по дому. Сейчас мое постоянное присутствие подопечной не требовалось — щиты были опущены, да и атаки со стороны расков можно было не бояться. А кошка проскользнет там, где не сможет айкира, что давало отличный источник информации. Естественно, все заслуживающее внимания я потом передавала хозяйке по "связи".
Выскользнув из комнаты, я тенью скользнула по коридорам, прячась в самых темных углах. Миновав пару служанок, несущих гору постельного белья в стирку, и едва избежав встречи с лиртом Тириком, с задумчивым видом бредущего по коридору, я, наконец, заметила кое-что интересное. Дверь в комнату, находящуюся этажом выше нашей, была немного приоткрыта, хотя я четко помнила, что раньше она была всегда закрыта. Присев на задние лапы и вскинув голову, я принюхалась, попутно всеми доступными способами сканируя пространство. Кажется, комната была пуста, чем я не могла не воспользоваться. Осторожно, прижавшись к полу, тихонько переступила порог, напряженно водя ушами и готовая сорваться с места, если услышу какой-нибудь посторонний шум.
В комнате стояла полутьма, так как окно было завешано плотными шторами. Огромная кровать, рабочий стол с разбросанными на нем бумагами, у стены книжный шкаф и пара кресел. Обстановка не давала судить об обитателе этого жилища, имея лишь легкий налет индивидуальности, который приобретает комната на каком-нибудь постоялом дворе после того, как постоялец поживет там несколько дней.
Внимательно оглядевшись, я уже направилась было к столу, как вдруг тихий звук шагов и запах горького шоколада заставил меня припасть на все четыре лапы и ужом метнуться под кровать. Я успела в последний момент, так как в комнату, держа в руках кружку, вошел Ксеонир и закрыл за собой дверь. В очередной раз с неудовольствием отметив про себя, что заметила этого раска слишком поздно, я поудобнее устроилась в своем укрытии, приготовившись ждать.
Раск между тем уселся за стол и принялся просматривать какие-то бумаги. Так прошло не меньше часа и Мари наверняка начала уже волноваться из-за моего долгого отсутствия. Однако мы с самого начала договорились с ней, что во время моих отлучек на связь не выходим. Мало ли, где я могла находиться в это время, а лиг вполне способен почувствовать наши переговоры. Поэтому я удержалась от желания послать хозяйке успокаивающую мысль, что со мной все хорошо, с раздражением взглянув на причину всех наших неприятностей. Будто почувствовав мой взгляд, тот откинулся на спинку стула и задумчиво прикусил кончик гусиного пера, которым только что делал какие-то заметки.