Он покосился на хозяйку, а затем махнул рукой:
— Идите.
Повинуясь взгляду Ксеонира, Рид метнулся к Мари и быстро утянул ее за собой в портал, пока то же самое вокруг делали остальные раски. Мы оказались в просторной незнакомой комнате, и Рид сразу же унесся куда-то, бросив нам, что придется пока подождать здесь.
— Таскают меня туда-сюда, как какую-то полезную вещь, — проворчала хозяйка, падая спиной на мягкую кровать, стоящую у окна.
Я запрыгнула к ней, усевшись на подушку и принявшись вылизываться. Со всеми этими прыжками по порталам шерстка совсем свалялась, и неприятно покалывало кожу под ней. Мари перевернулась на живот и поглядела на меня.
— Что думаешь обо всем этом?
"Бедные", — я последний раз провела языком по лапе и лениво прищурилась. — "Такой облом".
— Да уж, — хмыкнула моя подопечная. — Только, что теперь будет?
"А теперь жди визита Его Величества. Раз уж он нас так выделил".
Мари недовольно посмотрела на меня.
— А может?..
"Нет", — с сожалением отвергла я эту мысль. — "Даже если нам удастся отсюда выбраться, остается проблема шэарта".
— Так что? Ждем? — расстроено спросила хозяйка.
А что нам еще оставалось? Признаться, я очень надеялась, что Император понимает, что Мари вовсе не Агнесс. Но тогда зачем нас здесь оставили?
Я потянулась всем телом, даже чуть высунув от удовольствия кончик языка. Рядом тихонько посапывала хозяйка. Уморившись за столь насыщенный событиями день, которому предшествовала не менее беспокойная ночь, она уснула прямо в одежде, лежа поверх одеяла. Мне стало жалко ее будить, и даже будущий помятый вид с утра не стал этому препятствием. Тем более что вчера после инспектирования гостевых покоев мы обнаружили небольшую дверку, скрывающую маленькую каморку, просто ломящуюся от одежды, среди которой можно наверняка что-нибудь подобрать и Мари.
Внезапный звук открывающейся двери, особенно громкий в утренней тишине, заставил меня резко пригнуть голову и прижать уши. На пороге стоял Император Иритен, явно растерявшийся оттого, что застал айкиру спящей. Но хозяйка, почувствовав мой мысленный толчок, моментально проснулась и испуганно приподнялась на кровати.
— Прости, — в успокаивающем жесте приподнял руки раск. — Я попозже зайду. Позавтракаешь со мной?
Не став дожидаться ответа, Император поспешил ретироваться. Мари посмотрела, как он осторожно прикрывает за собой дверь, и запустила пятерню в спутавшиеся со сна волосы.
— Надо привести себя в порядок, а то уже даже раски пугаются.
Утренний моцион не занял много времени, а среди имеющейся в наличии одежды удалось подобрать что-то, отдаленно напоминающее привычный наряд моей подопечной. Оставшееся время айкира провела, расчесывая волосы, а потом принялась за меня. Гребешок с мелкими зубьями равномерно скользил по шерсти, рождая чрезвычайно приятные ощущения. Мне нравилось, когда хозяйка проводила им у основания шеи и под грудью, но стоило ее руке скользнуть на мой живот или ниже по боку, как я тут же принималась хватать гребень лапами или даже зубами, легонько прикусывая и недовольно виляя хвостом. Мари смеялась, убеждая, что и другие части меня тоже надо расчесать.
Это время препровождение прервал уже знакомый мне звук открывающейся двери. Двое расков внесли просто огромные подносы, ломившиеся от всевозможных тарелок и блюд. Молча, они быстро сервировали стоящий недалеко от кровати стол и вышли из комнаты. Зато им на смену пришел Император. Одет он сегодня был не в пример аккуратнее, чем вчера, хотя все также с каким-то легким налетом домашности. Никакими строгими, приличествующими правителю одеждами здесь и не пахло.
Иритен приглашающе махнул рукой к столу, и Мари не стала заставлять себя ждать. Хотя я чувствовала ее все более нарастающее беспокойство, когда Император попытался проявить галантность и поухаживать за ней за столом. Принимая налитый им стакан какого-то экзотического сока (хорошо хоть вина с утра пораньше никто не предлагал), хозяйка всеми силами старалась не показать, насколько ей неуютно от такого соседства. Она судорожно вцепилась в вилку и почти с ненавистью смотрела на еду, стоящую сейчас поперек горла. Разговор явно не шел.
Решив прервать это безобразие, я покинула ставшую уже родную подушку и вспрыгнула прямо на стол, благо его размеры позволяли уместиться там и мне, и богатому завтраку. Усевшись возле локтя хозяйки, я благосклонно приняла ее почесывание, поощряя мурлыканье. Император не подал вида, что его как-то удивило или возмутило мое поведение. Он только слегка улыбнулся и проговорил.