Кошки-мышки
Джеймс - высокий блондин лет 25, с красивыми зелеными глазами и живой мимикой Метью Перри.
Преподаватель английского в престижной школе, он внимательно слушал и смотрел на тебя при общении, и потом очень уверенно выдавал свое мнение. Наверное, это самые привлекательные качества мужчины в женских глазах: внимание + умение слушать + уверенность в себе.
У Джеймса был определенный изюм и обаяние, и я невольно задерживала на нем свой взгляд, чтобы разгадать, в чем оно. Общего у нас было - любовь к английскому и полные горсти орешков после прохода стола с закусками. Ни по возрасту, ни по зрелости, ни по интересам мы не стыковались.
Однако занятии на втором я заметила, что Джеймс дышит ко мне менее ровно, чем к остальным участникам курса. Это легко объяснялось тем, что участники группы были замужние 35+ женщины и мужчины.. Но я таки предпочла приписать внимание Джеймса себе в личные заслуги, и собиралась на занятия достаточно тщательно, чтобы подогревать приятный эффект.
У меня получалось неплохо: примеры, которые он давал мне, включали лексику “свидание”, “она и он”, “откажет пойти на свидание”, и в таком духе. Когда он подходил к парам послушать речь, то в моей всегда оказывался как-то незаметно сзади или сбоку так, что я толком его не видела, зато чувствовала тепло присутствия. В этом была определенная нежность и аккуратность - мне нравилось. Когда же я его спрашивала (иногда по делу, иногда просто чтобы спросить) - он неизменно поправлял волосы, отвечал четко, и быстро сворачивался. Не было долгого общения, как в других парах. Он явно следил как выглядит в моих глазах, не осознавая этого. И уж тем более не осознавая, что я вижу и его и себя, и даже управляю происходящим.
Даже имея все перечисленные признаки, все еще можно было бы сомневаться в причинах рассеянного поведения Джеймса (в конце концов мы занимались ранними утрами в каникулы!). Если бы не коронный номер, который единственный способен перевести все вышеперечисленное из разряда догадок в уверенность. Однажды опрашивая группу по кругу, он остановил взгляд на мне (тут важно: не на декольте, не на голой ноге и не на красной помаде, а на мне целиком), он совершенно потерял мысль. Просто долгая пауза и ни одной идеи, тишина.
На помощь пришел кто-то из группы, и все осталось незамеченным. Всем, кроме меня. С этого момента я знала. И осталось только наблюдать, как кошка за мышкой, - когда он сделает шаг или спасует.
Любитель ставок, я мысленно гадала вероятности того, что он сделает ход. Я была уверена, что не сделает. Мужчинам это сложно. Совсем как всем нам - заговорить на английском языке. Словно мы потеряем себя. Хотя на самом деле именно в смелом поступке мы по-настоящему находим себя. А может - и только в нем.
Дни курса проходили, Джеймс определенно узнавал что-то обо мне, но не делал попыток приблизиться. Он не использовал шанс узнать меня напрямую через английские игры, например. Вместо этого он пытался узнать безопасно, через других, - еще один признак того, что спасует.
Я видела как его реакции менялись. На микроуровне, но доступном мне. И я понимала, что вчера выкинутая на группе информация о бывшем богатом бойфренде дошла до него и сделала меня недосягаемой. Он словно пружинил… хотя это могло быть и от кофе с орешками, - тут я могу заблуждаться.
Снова тепло за спинкой стула. Чувствую как по моему лицу ползет лукавая полуулыбка Мона Лизы: ну ты либо решись либо откажись, зачем застревать? Мышка становилась предсказуемой, кошка почувствовала легкий укол досады и потери интереса.
В середине очередного парного упражнения мой коллега ушел говорить по мобильному, Джеймс оказался рядом. Я отправила подачу:
- Джеймс, карточку?
- Да, конечно - плюхнулся он на стул напротив,
Задача была в том, чтобы спросить в сослагательном наклонении о картинк, а оппоненту - ответить. Он пошутил про страшную бабушку, я пошутила про Фрейда.
Это все получилось на грани, как бывает, когда тебе есть дело до того, что скажет именно этот человек. Тогда вместо “услышал-пошел дальше” ты получаешь что-то вроде “что это значило? Что она хотела сказать? Это хорошо или плохо? Я ей нравлюсь или не очень? Кого спросить может?”. Он ушел с мыслями. Вернулся мой коллега и мы продолжили.
После занятия я вернулась за сумкой, и в комнате был только Джеймс, евший что-то со стола, смотря в телефон. Это был идеальный момент, если он вообще собирался что-то предпринять.
Мы обменялись парой фраз, Джеймс явно пытался выглядеть круто как на занятии, и не мог перейти в неформальность, которая настала уже 15 минут как. Тот самый барьер английского, чтобы заговорить, только в личном. Я знаю в этом барьере каждую трещинку. Может быть именно поэтому так хорошо распознаю его.