Так что человечеству в ближайшие пятьдесят лет лучше не знать о моем открытии. Оно, человечество, физически не готово. Обеспечу человечеству шок с непредсказуемыми последствиями, расцвет вегетарианства, волну самоубийств, волну холодного цинизма и – как следствие – падение стоимости жизни по всем моральным категориям.
Захочет человечество голодать и поголовно переходить на фрукты-овощи? Нет. Ели мясо, едим и есть будем. Раньше – зверей, теперь – разумных существ. Образованные разумные будут есть необразованных. Уровень образования – как отмазка от сковородки. Нет, есть еще критерий. Бычка за год откормить можно, а человеческого оболтуса – 18 лет. Экономически невыгодно. Новый критерий селекции разумных. Кстати, в обе стороны работает…
Решено! Человечество не должно знать о моем открытии. Пусть я сволочь, пусть злой гений, черный ангел, дерьмо на палочке, но пятно будет лежать только на моей совести. Сделал открытие – сделаю и закрытие. Не привыкать. Я обязан это сделать!
Тогда что у меня в активе и что в пассиве для закрытия? Разложим по полочкам.
Минусы: доступность нейроиндукторов, мощных компов и математических пакетов сейсморазведки.
Плюсы: поголовное увлечение медиков пакетом томографического и резонансного анализа. Здесь он не тянет, но это еще понять надо.
Плюсы: Отсутствие хоть сколько-нибудь значительного числа специалистов широкого профиля. Типа моего.
Минусы: Хватит и одного спеца. И эти охламоны могут объединиться в группы из двух-трех человек.
Плюсы: Моя гениальная идея прокачки мозга. Мое ноу-хау. Побочный результат пятнадцати лет занятий искусственным интеллектом. На этом я выигрываю лет десять, или около того…
Что показывают весы? Что я просто обогнал всех лет на десять. А потом придет какой-нибудь лохматый аспирант, вчерашний студент – и повторит от нечего делать мое гениальное открытие.
Вывод: замалчивать мало. Нужно активно закапывать открытие. Вот дьявол! Опять влез не в свое дело. И это дело опять меня засосало. С головой. Как вонючее болото.
Не отрывая взгляда от норки, Сильва нервно бьет хвостом.
– Она думает, у меня других дел нет! – жалуются мне колонки рядом с телевизором. Сам комп спрятан под столом.
– Забудь о ней. У меня где-то мышеловка была.
– Только попробуй! Заставлю самого съесть!
– Это моя добыча! – реву я, подхватываю Сильву и валюсь на диван.
– Дяденька, не смей обижать маленьких! – пищат колонки. Некоторое время боремся. Сильва атакует и побеждает.
У кошки четыре ноги
Позади у нее длинный хвост
Но трогать ее не моги
За ее малый рост, малый рост!
Пою я, распластанный на диване. Сильва слушает, склонив голову на бок.
– Очень правильная песня, – оценивает она. – Ты прощен! Но о мышеловке забудь! Мыши мои. Не смей их ловить или подкармливать.
– Согласен! Но птички – мои.
– Крупные – твои, мелкие – мои, – предлагает Сильва.
– Наоборот – согласен.
– Ты берешь крупных птиц и крыс сверху!
– Торг здесь неуместен! – категорически заявляю я.
– И червяков для рыбалки, – выкладывает последний козырь Сильва.
– Отдаю тебе червяков. Я себе на месте накопаю. Ладно! Ты берешь мелких птиц, а также тлей, комаров, колорадских и прочих жуков.
– Шантажист. Твоя взяла. Но голуби и крупнее – мои!
– По рукам!
– По лапам! Червяков тоже можешь забрать себе.
– Я этого не забуду, любимая. Каждая третья рыбка – твоя!
Довольная Сильва задирает мордочку, чтоб я снял шлем, слизывает с блюдечка таблетку кошачьего антисекса, подмигивает мне и идет на прогулку. Дел много. Нужно осмотреть и заново пометить участок… Или только коты метят? Надо у Сильвы спросить. Но осмотреть и объяснить соседским котам, кто есть кто – это надо… Много дел. А я приступаю к чайной церемонии. К ритуалу. Тщательно, до скрипа отмытый чайник ошпариваю кипятком. Две ложки заварки из одного пакетика, одна из другого. Перемешиваю смесь, встряхивая чайник, нюхаю запах и заливаю крутым кипятком. Теперь – накрыть колпаком и четыре с половиной минуты глотать слюнки. У меня для этого дела даже песочные часы куплены. На три минуты и на пять. На четыре с половиной песочных часов не делают.
Пока настаивается чай, распахиваю окна на веранде. Снимаю колпак, нюхаю пар из носика. Хорошо…
– Лаванда, горная лаванда… – мурлыкаю, наливая в маленькую фарфоровую чашечку на блюдечке с голубой каемочкой. Отпиваю глоток. Чудесный вкус, просто божественный. Тонкий, чуть-чуть терпкий. Маленькими глотками выпиваю всю чашку. Но тут просыпается голод. Чайные церемонии откладываются в буфет до следующего раза. Наливаю божественный напиток в граненый стакан, сверху – три ложки сахара и ложка варенья. Картину морального падения дополняет бутерброд из двух разрезанных вдоль сосисок на толстом ломте хлеба.
Только закончил перекус, как на подоконник вспрыгивает Сильва. Перепрыгивает на стол – по чистой скатерти грязными лапами! – и кладет передо мной птенчика-желторотика.
– Из гнезда выпал?
Кивает и подталкивает добычу ко мне лапкой. Мол, вы это просили – вот вам!
Вздыхаю, согреваю несмышленыша в ладонях.
– Иди, показывай.
Сильва сигает через подоконник, а я, позавидовав ей, выхожу в дверь. Ага! На моем доме появилось ласточкино гнездо. Одалживаю у соседа лестницу и возвращаю непоседу домой. На ехидной мордочке Сильвы проступает задумчивое выражение.
Могу ли я закопать открытие? Почему – нет? С искусственным интеллектом ведь удалось. Конечно, процесс требует постоянной работы, активной переписки с работающими в этой области. Стоит только ослабить внимание, как появляются новички, готовые пересмотреть аксиомы. Их нужно критиковать, ободрять, обучать, снабжать ссылками на научные труды предшественников. В общем, тихонько подталкивать в болото.
Метод в общем-то простой. Объявить опасное направление исследований тупиковым, вдоль и поперек изученным, а интересное, красивое, но неохватное – самым перспективным. Не то, чтоб это направление было полным тупиком, но на его разработку десяти жизней не хватит. Зато и выход будет безопасным. Не искусственный интеллект, а имитатор ИИ. Без творческой фантазии, но предсказуемый, и поступающий разумно в самой сложной ситуации.
Теперь мне нужно повторить то же самое в медицине. Объявить глобальное исследование мозга по моей методике пройденным этапом, разбить мозг на ряд функциональных узлов, утопить специалистов в исследовании узких тем. Пусть роют глубоко, но узко. Главное – свести к минимуму исследование общей карты мозга. Общая карта – во всех деталях – должна быть опубликована во всех источниках. Якобы, ничего нового здесь открыть уже нельзя. Надо уточнять детали.
Прекрасно! За исключением пунктика. Для этого мне придется изучить общую картину, натаскать Петю, в крайнем случае – открыться ему. Петя – поймет. Да, наверно, придется ему открыться. Тогда за нашей спиной сразу встанет авторитет института, имена трех академиков. Медицина и физиология – не кибернетика. Области консервативные, склонные к чинопочитанию. Итак… План есть. Работу, конечно, придется менять…
Зачем я влез в это дело? Спаситель человечества…
Босс опять озабочен своими проблемами. У двуногих яйцеголовых два любимых вопроса: Кто виноват, и что делать? С первым вопросом все ясно, но второй Босс варьирует. От "Что делать дальше?" до "И что теперь делать?" Его проблемы. Не хочу в них вникать. Пусть это эгоизм. Имею право. У меня своих проблем выше хвоста. Если буду собирать в голову всю мировую скорбь, переполнение памяти точно заработаю. В любом случае, при моей жизни мир измениться не успеет. И не фиг думать! Тихо!.. Та-а-к! Пират пожаловал. Видный мужик. По моей территории как по асфальту ходит… Унюхал мою метку. Эй ты! Не смей свою ставить! Хотя, ладно, ставь, кобель. Но главная здесь я. Сейчас ты это поймешь. Я спокойна, я абсолютно спокойна. Хвост спокоен. Иду знакомиться. Э-э-э… Постой, ты куда??? Стой! Стой, сукин кот!