По спине между лопатками скатилась капля холодного пота. Ладони под толстой кожей латных рукавиц моментально взмокли. Пальцы судорожно вцепились в древко копья. Воздух липким комом застрял в горле, мешая дышать. А перед глазами внезапно вновь встала картинка, как этот урод неторопливыми, медленными движениями режет кожу у меня на лице.
— Спокойно, — на плечо легла чья-то рука, заставив меня нервно вздрогнуть, — Если б Душелов хотел вас убить, вы уже были бы мертвы.
Я обернулся и посмотрел на говорившего. Проводник. Вообще-то по мрачному, небритому лицу этого хмыря обычно сложно прочесть хоть что-нибудь, но сейчас на уголках его губ гуляла лёгкая, едва заметная улыбка. Будто бы этот засранец увидал не жуткую тварь, а старого друга, с которым они не виделись целую вечности.
Проводник ещё раз хлопнул меня по наплечной пластине и зашагал вперёд, что-то едва слышно насвистывая себе под нос и не обращая внимания на недоумённые взгляды, которыми проводил его наш отряд. Похоже шестерёнки в его голове вновь переключились на разговорчивую личность.
— То есть, ты хочешь сказать, что эти твари подчиняются Душелову? — поинтересовалась Сюзанна, поравнявшись с проводником, — И он ими командует или управляет?
— Они собирают для него лица, — голос проводника был равнодушным, так, будто бы он описывал нечто совершенно обыденное. Вроде утреннего похода в кусты. А не то, как людей калечат самым жестоким образом. Перед тем, как убить, — По крайней мере, так говорят другие охотники.
— Зачем? — Альберт пытался говорить спокойно, но в его голосе всё равно угадывались тревожные нотки. Маг был напуган не меньше нашего.
— А кто ж его знает, — пожал плечами проводник, — Я с ним лично не встречался. У меня возможности поинтересоваться не было. А те, кому не посчастливилось завести с Душеловом личное знакомство… У них, пожалуй, уже не спросишь, — он харкнул себе под ноги, — Как вы там это вчера говорили? Они отправились в грязь? Хорошее выражение. Правильное. Надо будет запомнить.
Мы молча переглянулись. Картина представлялась совершенно безрадостной. Нет, мы конечно слышали про этих существ и раньше, но тот факт, что они подчиняются непосредственно Душелову, стал неприятным открытием. Выходит, даже если наши ребята перебьют всю его мёртвую гвардию, у подножия башни нас всё равно будет дожидаться враг. Одна, а то и несколько таких тварей, при поддержке съехавшего с катушек мага. Это если не считать остатков нежити, которую он сможет вывести с поля боя. Получится ли у нас прорваться через них — большой вопрос. Но без потерь — почти наверняка нет. Впрочем, как неоднократно подмечал Бернард: «Единственная война, которая обходится без потерь — та, что не случилась».
— Мда уж, неплохо так вашему собрату мозги то перекорёжило, — хмыкнула Айлин, явно пытаясь чуть разрядить атмосферу.
— Как и любому другому одержимому, — пожал плечами Альберт, — И кажется, я понемногу начинаю догадываться, в чём именно заключается его одержимость.
— Например? — поинтересовалась девушка.
— Полагаю, в том тумане на болотах, мы все слышали одни и те же слова, — включилась в разговор Сюзанна, — Про то, что некто заплатил слишком высокую цену, чтобы в последний момент отступиться от своих планов. И о лицах, которых он уже почти не помнит.
— Он кого-то потерял. Кого-то близкого, — кивнул маг, — И явно надеялся, что эксперимент поможет его вернуть. Или, вернее «их». А дальше было все немного предсказуемо. Как и у любого другого одержимого, с той лишь разницей, что наш помешавшийся друг получил ещё доступ к источнику бесконечной силы.
— И начал подстраивать реальность под свои больные фантазии, — бросила Айлин всё ещё нервно поглядывая в сторону болот. Тварь уже растворилась в тумане, но нас всех не покидало тревожное ощущение, будто бы она бродит где-то поблизости.
— Скорее уж реальность подстраивается под тот кошмар, в котором он теперь обитает, — Сюзанна едва заметно качнула головой, — Все эти существа, искажения и прочее… Я вроде уже говорила, что всё это похоже на дурной сон, из которого никак не получается выбраться. Что ему самому, что всем тем, кто рискует углубиться в урочище.