На очередном уроке по защите от сил зла, как только Поттер встал и спросил, когда же они будут учиться защищаться от темной магии, а Амбридж задала ему вопрос, какой же темный маг может на учеников напасть, Том и Белла красноречиво кивнули друг на друга. Амбридж побледнела. Белла подняла руку и спросила детским голоском, верит ли профессор Амбридж, что один очень темный маг (еле заметный кивок в сторону Тома) воскрес из мертвых. Амбридж побледнела еще сильнее, но ответила отрицательно. Том Риддл вызвался сделать импровизированный доклад про то, как воскресают из мертвых темные маги. Через десять минут к Тому стояла очередь, чтобы он списал для Хэллоуина слова страшилки про изготовление хоркрукса и необходимые для этого мучения несчастной жертвы. Амбридж от рассказа Тома, сопровождавшегося пристальными говорящими взглядами, слегла с обширным инфарктом.
Пока Амбридж мучилась в Хогвартсе, волшебный мир тоже не скучал: продолжающиеся досадные случаи применения магии на глазах у магглов были дополнены сенсационными исследованиями ученых, которым добровольно отдался в руки анонимный маг. Добраться до ученых или записи о результатах их исследований, которая должна была пойти на национальном телевидении в прайм-тайм, не удалось: посланные за записью с нарушением всех законов авроры увидели в комнате с пленкой лорда Вольдеморта, который показал им небо с овчинку.
В день показа телевизоры появились даже у самых чистокровных снобов. Через час после показа в больницу святого Мунго мобилизовали всех волшебных кардиологов: на маггловском телевидении в роли анонимного мага выступал министр магии Фадж. Мнения в срочно собранном Визенгамоте разделились – все требовали отставки министра, но половина хотела отправить его в Азкабан, а половина к святому Мунго, в соседнюю палату с Локхартом, хотя сам Фадж уверял, что никогда ни с какими учеными не общался. Досрочных выборов министра и связанного с ними бардака министерству было не избежать.
- Гермиона, а что больше всего ненавидел лорд Вольдеморт?
- Больше всего… Смерть. Магглов. Магглорожденных.
- Неправильно. Он больше всего ненавидел любые запреты на применение магии. Уж я-то себя знаю.
- Ступефай!
- Протего! А ты отчаянная – броситься в одиночку на Темного Лорда.
- Сектумсемпра!
- Протего! В этот момент я должен вроде сказать, что ты можешь стать прекрасным Пожирателем Смерти…
- Авада…
- Экспеллиармус! Никогда – слышишь! – никогда этого не произноси!
- У Темного Лорда есть другие любимые проклятия?
- Темного Лорда больше нет, Гермиона. Он исчез вместе с его памятью. Но у меня есть его сила и естественное для моего реального возраста желание наконец пожить в свое удовольствие. А также не дать до себя добраться министерским крысам, которые обрадовались было возможности отомстить за свой прошлый страх. Теперь они в панике и замешательстве, а терять такой момент не в моих правилах. В Министерстве в пятницу будет большой фейерверк. Можете посмотреть, только стойте подальше.
- Подожди, Том. Мы пойдем с тобой.
- Не доверяешь мне?
- Дурак ты. И не лечишься.
========== Stairway to Heaven ==========
Люциус Малфой, хотя и был аристократом, любил грешным делом побуянить после выигрыша любимой команды. На квиддиче ему это обычно сходило с рук, а вот выступление после выигрыша Челси у Арсенала вылилось для Люциуса в неприятное знакомство с полицейскими Ее Величества. Отмаза, что это была любительская постановка Мастера и Маргариты с Люциусом в роли Воланда, не прокатила. Процесс обещал быть громким. Взяток полиция не брала. Вернее, просила очень много.
Драко рискнул побередить антимаггловские чувства Тома Риддла, и даже с вызовом заметил ему, что Министерство Том брал, Азкабан брал, а маггловскую тюрьму взять не может. Том на провокацию не поддался – над ним маячило официальное совершеннолетие и неминуемая свадьба, для которой Белла уже купила платье и составила список гостей, а потому бывший Темный Лорд временно охладел к боевым подвигам и решению мировых проблем. Но идею он Драко подарил, обронив невзначай, что на Хогвартсе и магглах даже школьная училка сможет миллиард заработать.
Драко идею оценил и принял в разработку под кодовым названием «Stairway to Heaven». Этого романтического названия удостоился пыльный шкаф с секретом, через который Драко периодически убегал домой вместо уроков. Несколько дней подряд Драко выуживал из Гермионы редкие байки из «Истории Хогвартса» и после этого окончательно решил заняться экскурсионно-туристическим бизнесом. Он даже зашел в маггловскую библиотеку и прочитал там либретто оперы Глинки «Жизнь за царя», рассказы Эдгара По и несколько выпусков комикса «Семейка Аддамсов», после чего счел свою переподготовку в экскурсоводы оконченной.
До начала экскурсий в свои планы Драко посвятил только лучшего друга. Для придания экскурсии незабываемого колорита Гарри и Драко переделали Кровавого Барона в Барона Красного, привязав его к гоночному болиду и несколько раз запустив его ночью по лестнице с седьмого этажа на первый на страх всему Хогвартсу. В лесах Шотландии друзья выловили Фенрира Грейбека и попытались его объездить. Первая попытка изобразить родео «Царевич Гарри на сером волке» кончилась тем, что Гарри вылетел из импровизированного седла и расквасил нос о дерево, но юные дрессировщики на этом не сдались. После двух ночей изнурительных тренировок Грейбек признал, что он лошадка, и даже научился декламировать стишки о том, что Бармалей любит маленьких детей.
В разгар подготовки к первой экскурсии магглов по ночному Хогвартсу Дамблдор начал проявлять к Гарри непонятный интерес. Сначала Гарри опасался, что директор их вычислил, но после двух бесполезных посиделок в директорском кабинете, во время которых Дамблдор предавался воспоминаниям с мотивом «были когда-то и мы рысаками» и даже показывал Гарри свои фотографии в молодости, Гарри начал теряться в догадках. Драко тем временем ломал голову над тем, как уговорить Снейпа помочь ему с экскурсией по подземельям.
Драко хотел подключить к уговорам Беллу, о дипломатических талантах которой были наслышаны даже в госпитале святого Мунго, но Белла была очень увлечена подготовкой к свадьбе. Иногда они с Томом ссорились, и тогда маггловские газеты писали об ураганах и упавших мостах, магическая пресса – о возвращении лорда Вольдеморта и Пожирателей Смерти, а мудрый аврор Скримджер, сменивший Фаджа на посту министра магии, спокойно рассказывал премьер-министру магглов об ужасном темном маге, которого тридцать лет не могли поймать авроры, но теперь его поймала одна достойная его ведьма, и он получил по заслугам: свадьба будет сразу после Нового года.
Пока его сын зарабатывал свой первый миллион на продаже билетов в Хогвартс детям маггловских олигархов, Люциус с толком проводил время в заключении. Первые дни он воротил нос от баланды и учил итальянский язык. Еще неделю после этого он распевал итальянские арии и руководил армией сов, перенесшей к нему в камеру половину Диагон-аллеи. На третью неделю Люциус Малфой засучил рукава, и вскоре на очередное сентиментальное письмо жены ответил просьбой его не отвлекать, потому что треть тюрьмы он уже купил, а еще треть честно в карты выиграл. Малфой-старший также выразил удовлетворение деловой хваткой сына и поручил жене намекнуть старине Северусу, что, если он не поможет с переправкой туристов в Хогвартс, доли в новом бизнесе Малфоев ему не видать.