Вдруг мое тело перестало меня слушаться и я застыла, словно меня заморозили. По щекам потекли слезы отчаянья. Я пыталась двинуться с места, но не могла.
– Не стой! – услышала я детский голос и заметила, что моя прежняя попутчица стоит в прилегающей к коридору комнате и зовет меня, – Таня! Иди сюда!
Я оглянулась на приближающуюся тьму и вновь посмотрела на маленькую девочку, которая тянула ко мне руку и звала меня по имени. Тьма приближалась. Я каждой клеточкой своего существа ощущала опасность, но пройти эти два-три метра – не могла.
– Вспомни о маме, о доме… Подумай о том, что ты потеряешь! – крикнула мне девочка и я словно опомнилась.
Тьма почти настигла меня, когда я бегом бросилась в комнату и девочка быстро закрыла дверь на засов. Тьма, ударила по стеклянным дверям, и словно взвыла, когда моя спасительница зажгла настольную лампу. Я всматривалась в то, что стояло за дверьми этой спасительной комнаты. И мне казалось, что я вижу в чернеющем дыме темноты, оскалившиеся лица, кричащих зверей и людей, разрываемых от боли.
– Не смотри…. – прошептала девочка, показавшаяся мне теперь очень взрослой.
Я оглядела комнату. Обстановка была похожа на предыдущее мое «укрытие», только цвет дивана здесь был ярко-зеленый. Такой зеленый, как весенняя, первая трава.
– Откуда ты… знаешь мое имя… – только сейчас я поняла, что девочка назвала меня «Таней». Именно «Таней», не Настей, не Катей, а Таней.
– А это важно? – удивлено, спросила она.
Я покачала головой. Не важно, – подумала я.
После я села на пол и глубоко вздохнула.
– Ты должна была спросить другое, – вновь заговорила девочка, – Кто они и что здесь происходит…
Я бездумно посмотрела на нее. Мне в этот момент сделалось абсолютно все равно. И кто я, и кто эта таинственная девочка, и что это гналось за мной. Я закрыла глаза и вновь меня окутали лапы Морфея.
***
Проснулась я на этот раз от осознания, что выспалась. Я открыла глаза и присела на диване, где спала. Как я оказалась на диване – мне было не ясно и, честно сказать, все равно. Вообще такие мелочи перестали меня интересовать. Я расплела заплетенный волосы и, словно расческой, рукой прочесала их. Потом собрала их в хвост и подошла к висевшему у выхода зеркалу, раньше я его здесь не заметила. Круги под глазами прошли. Глаза начали блестеть, толи от температуры, толи от страха, а может от безразличия ко всему.
После «любования» своим отражением, я направилась к выходу, но услышала шаги за спиной. Оглянулась. Комната исчезла. Вместо нее была поляна полная цветов и ярко-зеленой весенней травы. Цвет вчерашнего дивана. В этих цветах я заметила рыжее пятно. Оно прыгало, бегало, да так быстро, что разглядеть кто или что это, я никак не могла, пока оно не прыгнуло ко мне и село на моих руках. Это был мой кот. Толстый, тяжелый, рыжий. Я прижала его к себе и пошла в коридор.
Тьмы уже не было. А может и была, но не здесь. Кот сидел, не вырываясь, разглядывая стены, и иногда поднимал на меня свои желтые глаза и сужал зрачки. Теперь я понимала только одно: все равно мне не будет. Потому что, одно дело, когда я в ответе только за свою жизнь и совсем другое, когда со мной еще кто-то.
С Мосей (так зовут моего кота) мы шли долго. Я прислушивалась к каждому звуку. И каждое мгновение, ощущение того, что за мной присматривают, усиливалось. Мося сидит тихо и временами принюхивается к запахам подвала.
– Ты так и ходишь? – вдруг словно гром раздался голос, разрушив нависшую тишину.
В этот миг Мося зашипел и вырвавшись из моих рук, бросился бежать по коридору. Я вскрикнула и обернулась на говорившего, но рядом со мной никого не оказалось.
– Кто здесь! – как можно громче крикнула я, вглядываясь в темноту коридора.
– Я… – раздался тихий ответ.
Оглянулась вокруг – никого. Только пожирающая все темнота. Где-то недалеко раздался кошачий рык, визг. Ах, Мося! Там Мося. Забыв о «собеседнике», я побежала на шум.
***
Коридор. Черный. Охваченный тьмой. Я бегу со всех ног. Теперь меня гонит вперед не только желание спасти Мосю, но и страх за свою жизнь. В какой-то момент, до моего слуха доносится визгливый крик. Я оглядываюсь: за мной идет тьма. Она словно ржавчина покрывает стены, потолок, пол. От ее касание гаснут свечи, лопаются электрические лампочки.