-А родственники?
-Родственники с его стороны оказались алчными и именно от них твоя мать и пыталась тебя укрыть. Родственники с ее стороны сошли уже в землю. Тебя объявили бы умершим или сумасшедшим. Я думаю, что ты сможешь, если захочешь, когда-нибудь навестить их могилы или же подать прошение королю и он, разобрав твое дело, вернет тебе титул и земли.
Филипп молчал. Ответ священника совсем не устраивал его. он был совсем мальчишкой, но давно чувствовал, что от него скрывают что-то очень важное. Виноват в этом был, пожалуй, сам отец Блез – он лгал, скрытничал, а так как натура его по природе своей не была приучена ко лжи и скрытности, вся скованность выдавала его неискренность.
Филипп давно уже понимал, что за правдой следует обратиться к кому-то другому. И пришел сюда в последнем отчаянии и в последней надежде.
-Спасибо, что рассказал это, - Филипп сдержанно улыбнулся, поднимаясь с места, - прости, что оторвал тебя от дела.
-А? – священник даже растерялся. – А…хорошо. Ступай, мальчик мой, до рассвета еще есть время, попробуй поспать.
Филипп, не показывая своего взгляда, торопливо вышел, а отец Блез с тоскою прикрыл глаза.
Он сам часто думал о том дне.
Вообще, в плетениях знатных домов, в попытках понять где чьи родственники – отец Блез был очень слаб. он до сих пор точно не мог бы сказать, с чьей стороны пошла какая-нибудь вражда или ненависть. Отец Блез считал, что его больше заботят души людей, чем знамена и гербы, но был достаточно одинок в своем скромном мнении.
Мать Филиппа – Алиэн - была красавицей. Она – воплощенная муза поэтов и художников, жила очень тихо и скромно, под тенью угасающего имени своего рода, прозябающего в нищете. Когда-то сильные земли, принадлежащие ее дому, расходились и рассыпались. Единственная надежда была на брак, но на бесприданнице, хоть и знатной, хоть и красавице не так и многие хотели жениться.
В конце концов, удача явилась в лице графа В.,– человека вздорного, но по-своему доброго. К нему нужно было привыкнуть его нужно было разглядеть. За грубыми шутками его и издевками таился просто невоспитанный, но все-таки милосердный человек. Он заботился о своих людях, устраивал их и никогда не забывал своей помощью. Да, он мог прилюдно кого-нибудь обругать или затеять ссору на пустом месте, мог даже напугать особенно тонко чувствующих мир дам своими выходками и историями о боях, но по сути – это был безобидный человек.
Алиэн и подумать не могла о графе В., без страха, пока не узнала его, а узнав и разглядев в нем душу, с легкостью согласилась на брак.
Отец Блез не знал, что именно послужило причиной вражды графа В. с герцогом Сонором. Была ли то вражда политическая или личная? Пошутил ли как-то неуместно несдержанный до шуток граф В., над тем, над кем шутить и не следовало? Была ли какая-то еще причина или просто сошлись так звезды?..
Сначала герцог Сонор не выказывал никакой очевидной агрессии в сторону графа, обходясь лишь мелкими подлостями и насмешками. Но граф В. бесился и раздражался и однажды позволил себе прилюдно оскорбить герцога Сонора.
А дальнейшее было кошмаром.
Отец Блез точно помнил ту ночь – тогда стоял особенный удушливый воздух, он сушил горло и страшно раздражал ночную дремоту, не позволяя спать в своей духоте. Именно тогда, в ту проклятую ночь к нему и постучалась заплаканная, подранная не то кустами и деревьями, не то руками служанка графа В. с пищащим свертком в руках.
Герцог Сонор не был человеком, который мог бы снести оскорбление. Он точно выгадал ночь, когда люди графа В. были отправлены в большинстве своем от графства, спешили на подмогу армии короля. С небольшим отрядом герцог Сонор легко вломился в графство и разнес там всех и все, до чего только смог дотянуться.
Как рассказывала позже дрожащая от горя и нервного потрясения служанка, сама еще маленькая и тоненькая девушка, единственное, о чем подумалось лично ей – о ребенке господ. Не помня себя от ужаса, она схватила его из колыбели и бросилась бежать, не оглядываясь в единственный приют, которому могла еще верить.
-Господь даровал мне спасение, - рыдала служанка, - о, бедная моя госпожа!
Как оказалось уже позже – именно на красавицу Алиэн и пришелся в большей части гнев герцога Сонора. Один из его же собственных людей случайно и очень рано убил графа В., выхватившего свой меч для защиты семьи.
А герцог Сонор не желал с этим мириться. Он обрушился на Алиэн и лишь к утру она получила смерть, ставшую для нее освобождением.