Отец Блез оставил ребенка у себя. служанка – чуть помешанная от горя и страха удалилась в деревни, восстанавливать все уничтоженное. Прознавший про варварство своего поданного король разыскал свидетелем священника и вызвал его.
Отец Блез рассказал про ребенка и про девушку, спасшую его. король помрачнел – он знал давно за герцогом Сонором множество жестокостей и именно этим герцог делал себе карьеру при дворе, проявляя себя безжалостным карателем. К несчастью короля, желавшего бы уничтожить этого человека. Сонор был представителем древнего и богатого рода, с которым не стоило бы ссориться, чтобы не получить гнева множественных его родственников.
Король только бессильно гневался, желая, как человек, покарать мерзавца, и не желая, как властитель, потерять такого ценного слугу.
Условились на том, что ребенок вырастет в тени от своего имени у священника и позже, если захочет вернуться, напишет прошение королю и тот вернет все, что по праву принадлежит ему.
Это не было решением проблемы, било лишь отсрочкой, но король был доволен и ею, полагая, что много воды утечет за эти годы и всякое может случиться. Может быть, и не придется снова разбирать это явно неприятное дело.
Что до герцога Сонора – его наказали, отправив на полгода наместником в южные земли. Понемногу он вернулся ко двору опять, а прознав о выжившем наследнике, попытался узнать его местонахождение, и здесь священник мог только радоваться тому, что оставил Филиппа у себя.
И все бы прошло, легли бы встревоженные тени обратно по углам жизни, откуда пришли, но у Филиппа начались кошмары, видимо, малый возраст не оставил у него четкой памяти о самой кошмарной ночи в его недолгой жизни, но все-таки что-то он запомнил.
Отец Блез поражался тому, как стойко Филипп переносит кошмары, и как мало задает он вопросы о своем доме и семье, все больше погружаясь в книги и изучение священных текстов. Священник позволил себе обмануться, подумав, что все грозы миновали, и кошмары когда-нибудь пройдут, но в эту ночь Филипп снова встревожил его обманный покой…
***
Отец Блез стоял над постелью безмятежно спящего Филиппа и улыбался – безмятежный сон ребенка стоил нынче дорого.
Может быть, все еще пройдет? Может быть, не так страшны предчувствия отца Блеза? Может быть, господь помилует Филиппа и не обрушит на него правды?
-Господи, пощади невинную душу! – прошептал отец Блез. Он давно молился за Филиппа и был готов молиться еще больше и яростнее, если бы только это помогло. – даруй ему, господи, покой в сердце и во сне, не отравляй его сердце местью…
Торопясь, отец Блез вышел от Филиппа, чувствуя, как зарождается новый день, как понемногу вползает сквозь узкие окна сероватый рассвет…
И совершенно не зная, что Филипп не спал, а лишь притворялся спящим, когда вошел отец Блез. Филипп выбрал путь тихого поиска, не желая тревожить и без того растревоженное сердце священника, вынужденно лгать во благо ребенка.
Конец