“Как же это пишется? Спрошу у него. Нет не хочу. Будет смотреть своими ненавидящими глазёнками, легко во взгляде прочитать ну сколько можно, опять не готова”.
- Подскажите, а как правильно прЕдъявить или прИдъявить? - обратилась она с улыбкой, “Поправляю косички, пора от них избавляться, как маленькая. Сестра каждое утро заплетает, злыдня, а девчонки хихикают, ходят с распущенными волосами. Чуть наморщила носик. Ну и плевать. Какая вообще всем разница”.
На миг замерла, глядя в его глаза, как омут манят: - “хм усталость в них, а тут еще я добавляю ему проблем”, - ей стало не по себе, опустила взгляд.
- Я сама вспомню, простите.
“Начало года, за лето все правила забываются, ничего, потом вспомнят, после пары жёстких диктантов”, - подумал учитель. Опустила голову, поняла, что сама должна разобраться, в глазах бесята, а делает вид, что скромница скромницей.
Отклонился глубоко на спинку кресла, закинул руки за голову, исподтишка поглядывает на ученицу, мысленно пропел: - “Почему ж ты мне не встретилась, нежная, юная. В те года мои далёкие...”, - косички сводят его с ума: - “Странно, сейчас редко кто заплетает косы”. Не может при ней чувствовать себя спокойно. За лето произошли небольшие изменения, его и в прошлом году к ней влекло, но в этом как будто кто-то сзади подталкивает.
Встал, прошёлся по классу, заметил, как она украдкой поглядывает в его сторону. Дошел до дальней стены, остановился у шкафа с книгами, которые подбирал сам, их нет в программе, специально для школьников, чтобы заинтересовать чтением. Книги каждый год брали все реже и реже. Смирнова в прошлом году проявляла интерес к паре произведений. Достает Мастер и Маргарита, сдувает пыль с корешка - “надо бы прибрать после каникул”. Какой-то листочек торчит, вроде закладка, но почему в середине книги, может не дочитала? Разворачивает листок - так, записка, почерк Смирновой. Почерк мелкий, видимо перекидывались в классе. Читать не буду. Вдруг что-то личное. Но мельком заметил слово крупными буквами, примерно посередине листа - НЕНАВИЖУ.
“Аккуратным почерком вывожу текст, побыстрей бы, как выдержать эти мучения. Краешком глаз наблюдаю. Встал, легкой уверенной походкой прошелся по классу. Ветер принёс запах свежих листьев, сосны и нотку кофе. Любитель, заглянула как-то в учительскую, он с этой химичкой что-то бурно обсуждал и улыбался ей. Ей, не мне, внутри все заморозилось. Так и запомнила чашка кофе и улыбка. Ушла тогда, даже забыла зачем пришла. Внутри от злости все рвало. Вляпалась, сестра узнает, все косы поотрывает. Влетела фурией в класс тогда, как назло, королева класса отличница, стерва Корнилова и ее свита как овечки на пастбище за ней ходят:
- Мелкая явилась, а мы тут книженцию твою нашли. Миленько, - и мерзко засмеялась, ударить бы разок, да нельзя. Огрызнулась в ответ. Увидела книгу, брала ее читать, он же дал. Звонок. Корнилова кинула записку - “Даже не мечтай о нем мелкая. Не твоего полета птица, скажи Славке чтоб не таскался за тобой, иначе всем расскажу, как вздыхаешь по литруку”. Дура. Откуда узнала. Щеки покрылись румянцем, во рту пересохло. Ни дома, ни здесь нет покоя. Ответила ей “Ненавижу” В ответ снова прилетела бумажная голубка. Математичка строгая женщина приятной внешности головой покачала. Я быстро спрятала записку в книжку.
“Ой, что-то отвлеклась дописать надо”, - Еще раз мельком взглянула на учителя, - “Нет! Нет! Нет! Сбежать! Почему именно ее. В руках держал ту самую книгу, а в ней нет, скрестила пальчики не заметит, не заметит. Что делать, что делать”, - Прокашлявшись, дрожащим голосом, спросила: - Можно выйти на минуточку?
Учитель положил записку на ее стол.
- Можно, выходи. - пропуская ее сказал учитель. Смирнова пошла к двери опустив голову.
Проводил ее взглядом, до двери, она на выходе чуть приостановилась, посмотрела в глаза, как ему показалось с печалью и нежностью, - “так, надо проветриться, уж не влюбилась ли она, как заговорить об этом? Закроется, доверять перестанет мужчинам. Ладно, кому как не мне начинать. Что мы имеем: