Возможно, она влюблена, тогда многое начинает сходиться. Если нет, то непонятно. Отталкиваемся от первой гипотезы.
Что чувствую к ней я - влечение есть, она мне нравится, понятно, что со мной она замкнута, но слышал, как разговаривала с одноклассницами, она далеко не так глупа, как пытается показать. Что нас ждёт - ничего хорошего. С другой стороны, мне льстит ее внимание, а я тешусь этим и тем самым даю повод. Все просто, нужно отвадить от себя. Определенно, нужно поговорить. Долго она будет переписывать, не могу сосредоточиться”.
Дверь открывается и Смирнова застаёт преподавателя в раздумьях - брови сведены, значит о чем-то глубоко задумался, взгляд направлен в пустоту, стоит на том же месте, что и несколько минут назад, когда выходила из класса, прямо посередине прохода.
Не заметил даже как прошла в класс, подошла к нему близко. Совсем немного усилий нужно, всего протянуть руку, чтобы коснуться любимого лица.
Учитель замечает ее, поднимает голову, лоб его расправляется от тяжёлых раздумий и во взгляде чувствуется сопереживание и тепло.
- Нам нужно поговорить - говорит он, - присядь пожалуйста. Отходит от ее парты, давая проход, сам садится перед ее партой, кладет руки перед собой на спинку стула.
Смирнова так и осталась стоять: - “какая дурацкая взрослая фраза, что же говорить, засмеет, отчитает”.
- Присядь, пожалуйста - указал рукой на место.
- Ругать будете? - вырвалось у нее, - “Вот дура”, - она почувствовала, как затряслись колени, хотелось убежать из класса, но не смогла сдвинуться с места.
Он тепло рассмеялся, встал, преградив путь к отступлению. Положил руки на ее плечи, чуть наклонившись заглянул в глаза.
Кристина вздрогнула, он впервые дотронулся до нее. Это не те прикосновения, которые Славка не умело пытался ей продемонстрировать, когда провожал до дома, - “Ходит за мной, достал. Сколько раз ему говорила, что не надо меня провожать, вон пусть стерву провожает, давно мечтает об этом”, - эти прикосновения были долгожданными.
- Не смотрите на меня так - попросила я, - “что я несу, соберись, он на место лишь пытается тебя посадить и про учебу лекцию прочитать, ну не читал же он записку в самом деле. Успокоиться, вспомнить тот день в учительской. Сразу привело в чувство. Невольно провела кончиком язычка по губкам, во рту пересохло от его близости”.
- О чем вы хотели поговорить?
- Про литературу, разумеется. Помнишь прошлогоднее сочинение по Евгению Онегину? - Посадив ученицу, сказал он.
- А это тут при чем? У нас же задание сейчас составить рассказ о профессионале рабочего, — сказала она нахмурясь, - “зачем я ему грублю? Да потому, что дурак”.
- Ты на мой вопрос ответишь? - настаивал учитель.
- Не помню давно было, - соврала она. Он улыбнулся, покачал головой.
- Хорошо, я напомню. В ряду прочего, ты озвучила мысль, что была бы благодарна Онегину, окажись ты на месте Татьяны.
Смирнова начала догадываться к чему он ведёт этот разговор. Все-таки прочитал. Мужики козлы!
“Разозлилась, не на него, на себя. Прочитал, сразу бы и сказал. Так нет же сочинение вспомнил. Так стоп он что все сочинения помнит или только мое. Ага твое, он же умный ему полагается все помнить.
И что же ему сказать. Хм, как поступила бы сестра”, - она молча встала, стала собирать вещи. Учебник, тетрадку, руки дрожат: - “только не плач, держись ты сильная”.
- Я все поняла. Извините, — сказала она, запихивая вещи в рюкзак, - “так ручка, карандаш, черт да застегивайся ты”, - Я пересдам в другой раз - “не узнаю свой голос. Да застегивайся уже, замок заело. Махнула рукой, сделала шаг, второй, он преградил путь, врезалась в него. Остановилась, голова сама упала ему на плечо. Стукнула кулаком в грудь. Еле сдерживает слезы”.
Секунда, она отводит голову от груди. Смотрит в его глаза, что в них? Он смотрит в ответ с лёгкой улыбкой. Сердце понеслось галопом, в висках пульсирует. “Ещё и улыбается”, - подумала она. Ударила кулаком ещё раз, - “в горле пересохло, хочется послать все к черту и прыгнуть в его объятья”, - провела рукой по месту куда ударила, - “он все смотрит. И улыбается. От его взгляда становится спокойней”, - его рука легла на плечо, - “хочу остаться, но кажется лучше уйти”. Похлопав ее по плечу, учитель сказал:
- Если уйдешь второго шанса поговорить не будет.