Она улыбнулась ему, как будто знала что-то такое, о чем ему известно не было.
Скорее ради того, чтобы просто переменить тему, чем по какой-либо другой причине, Джефф сказал:
— Это любопытно. Ну, как будто это уже не я больше. Когда я с волкотом... это... Я могу бежать со скоростью ракеты... я сильный.
— Ты всегда был сильным,— сказала Лаура.
— Я коротышка,— ответил он,— и знаю об этом. Любой парень моего возраста со мной справится. И в спорте я не гигант — не то что мой отец. Знаешь, он ведь до сих пор лучший бомбардир футбольной лиги.
— Я не о мускулах,— сказала она.— Мускулы могут быть у любой гориллы. Я хотела сказать, что ты сильный в том, что касается... твоего ума, сильный духом. Когда ты решаешь что-нибудь сделать, все у тебя получается.
— Гм... ну, может быть.
— Никаких «может быть». Почему, думаешь, они взяли на испытание именно тебя? Я-то знала, что если кто-нибудь и может достичь контакта с животными там, внизу, так это ты. Доктор Карбо сказал, что для этого человек должен обладать определенными качествами, и я поняла, что он говорит о тебе.
Джефф не знал, что сказать.
— Ведь твой отец пытался, верно?— продолжала Лаура.— И доктор Карбо тоже. И еще двое твоих приятелей со стальными мускулами. И ни у кого не получилось.
— Мне просто повезло.
— Нет, не повезло. Тебе это нравится. Тебе хорошо в контакте с этим животным...
— Волкотом,— поправил Джефф.— Пожалуй... да, думаю, ты права. Мне действительно хорошо. Но что-то пугающее в этом тоже есть. Для меня это не просто контакт с волкотом. Я становлюсь им.
На этот раз Лаура промолчала.
— А ты когда собираешься, — улыбнулся ей Джефф,— попросить, чтобы Берни Карбо испытал тебя? Если у меня получилось, у тебя тоже должно получиться... А чтобы проделать всю работу, нам наверняка потребуется больше народу, чем один1 человек.
— Девушку он не допустит даже к испытаниям,— сказала Лаура.— Такой хранитель мужского достоинства, как он, боится даже мысли, что девушка может утереть ему нос.
— Кто? Доктор Карбо?
— Ну да,—торопливо ответила она.— Многие девочки просили его испытать их. Он отвечал, что это мужская работа.
— Да... она может стать опасной.
— Но ты же с ней справился.
— Да, но...-—Джефф вдруг смутился. Он и сам толком не знал, чью сторону в этом споре ему хочется принять.
Лаура, кажется, почувствовала его колебания. Понизив голос, она сказала.
— Мама собиралась поговорить об этом с доктором Карбо. Может быть, после того, как он убедится, что тебе ничто там не грозит, он позволит попытаться и другим... даже девочкам.
— Ты ревнуешь!— рассмеялся Джефф.
— Нет. Просто я тоже хочу испытать свое счастье.
Их прервал громкоговоритель интеркома:
— ДЖЕФФРИ ХОЛМЕН, НЕМЕДЛЕННО СООБЩИ О СЕБЕ В ГЕОЛОГИЧЕСКУЮ ЛАБОРАТОРИЮ. ДЖЕФФРИ ХОЛМЕН НЕМЕДЛЕННО СООБЩИ О СЕБЕ В ГЕОЛОГИЧЕСКУЮ ЛАБОРАТОРИЮ.
Джефф хлопнул себя по лбу.
— Квазары! Папа все это время дожидается меня... Я совсем забыл!
Взявшись за руки, смеясь, Джефф и Лаура побежали по аллее по направлению к шару, в котором находилась геологическая лаборатория.
— Порядок, Джефф,— сказал доктор Карбо, пристегивая мальчика к ложу. Его темное круглое лицо было сосредоточенно. Даже в глазах не было улыбки.
— Ты уже четыре раза вступал в надежный контакт с волкотом. Отлично. Теперь пора посмотреть, сможешь ли ты управлять зверем, сможешь ли...
— Краун,— сказал Джефф.— Его зовут Краун.
— Ты дал ему имя?
— Это и есть его имя, я его ему не давал.
Какое-то мгновение доктор Карбо молча смотрел на Джеффа со странным выражением лица. Затем он продолжал:
— Итак, его зовут Краун. Сегодня нам предстоит посмотреть, сможешь ли ты заставить Крауна выполнить для нас кое-какую работу. Мы ищем таких животных, которых можно использовать как помощников при ремонте механизмов, оставлен^ них на поверхности.
Он продолжал все тем же очень серьезным тоном. Аманда и второй техник Ли суетились вокруг Джеффа, подключая разные датчики и контакты, которые связывали его с электронным оборудованием лаборатории.
Наконец приготовления были закончены. Джефф улегся поудобнее и закрыл глаза. Доктор Карбо, пристроившись возле Аманды, наблюдал, как мальчик расслабляется, как будто засыпает. Потом его глаза под закрытыми веками пришли в лихорадочное движение. Пальцы ухватились за пустоту. Он вздрогнул и повернул голову.
На большой панели управления начала вращаться бобина с лентами для записи данных. На ожившем экране возник ставший уже знакомым для всех вид с вершины холма.