— Возможно, они мигрируют, Сейчас на планете время сезонных изменений,— сказал метеоролог.— В северном полушарии наступает зима.
— А кроме того, мы не знаем, чем питаются эти обезьяны,— продолжала миссис Полчек,— и вообще, можно ли ими управлять.
— Мы можем определить это,— сказал доктор Холмен.— Судя по их зубам, они по крайней мере изредка едят мясо. Вы согласны?
— Да.
— Ну, так можно использовать волкота или несколько волкотов при необходимости — чтобы добывать для них пищу.
— Или изготавливать пищу прямо здесь,— сказала биохимик, молодая блондинка.— Мы можем производить белки и другие компоненты пищи для них в лабораториях, надо только знать химический состав их природной пищи.
— Я не уверен, что мы сможем настолько хорошо управлять ими, что они станут есть искусственную пищу,— сказал Берни Карбо.
Дискуссия продолжалась. Внимание Джеффа рассеивалось, он сосредоточивался только на мгновения, когда речь заходила о волкотах.
Прошло несколько часов, прежде чем ученые наконец договорились высадить на поверхность планеты специальную группу людей, которые должны обездвижить несколько обезьян и волкотов, чтобы вживить в их мозг зонды. Одновременно было решено начать подготовку новой группы подростков к управлению животными.
— Включая девочек, — настаивала Анна Полчек.— Здесь не должно быть никакой дискриминации.
Отец Джеффа поджал было губы, но затем ответил:
— Пожалуй, вы правы.
Вместо того чтобы пойти домой или поужинать в кафетерии, Джефф направился в лабораторию контактов.
Аманда сидела в маленькой комнатке напротив лаборатории и жевала сандвич.
— Привет,— сказала она, когда он ворвался в кабинет.— Совещание кончилось?
— Да.
— А где Берни?
— Не знаю. Может быть, остался ужинать,— Джефф сунул руку в карман. Фотоаппарат был на месте.
— А ты-то ужинал?— спросила Аманда.
— Нет, э-э... я... — Он не находил слов.
— Держи.— Аманда протянула ему половину своего сандвича.— Бери стул и садись. Без еды нельзя. Ты думаешь, полное брюхо нужно только твоему большому коту?
Джефф взял стул и покорно сел рядом с Амандой. Чувствуя себя окончательно смущенным, взял предложенную половину сандвича. Он сидел так близко к ней, до него доносился даже запах ее духов, и вся эта затея с фотоаппаратом вдруг показалась ему совершенно немыслимой. Как попросить ее? Что сказать?
— Ты почему не ешь? Тебе не нравится, как я готовлю?— Аманда засмеялась.
— Я...— Джефф вдруг соскользнул со стула.— Мне., мне бы попить чего-нибудь. Я... я сейчас.
Аманда удивленно взглянула на него. Джефф повернулся и выскочил из кабинета. Стараясь идти медленно, он проделал путь по зеленым аллеям до самого кафетерия. К тому времени, когда он вернулся, доктор Карбо был уже в лаборатории и о чем-то напряженно говорил с Амандой.
Половинка сандвича все еще лежала на столе. Джефф сел и заставил себя съесть его. На вкус он был деревянный. Джефф выпил синтетическое молоко, принесенное им из кафетерия. И все это время Карбо и Аманда оставались в лаборатории и, не обращая на него никакого внимания, продолжали свой серьезный разговор.
Покончив с едой, Джефф встал и направился в лабораторию. Когда дверь за ним захлопнулась, доктор Карбо повернулся к нему.
— А, вот и ты. Похоже, нам придется хорошенько потрудиться.
— Да,— только и сказал Джефф.
Потрудиться пришлось здорово.
Дни переходили в недели, недели — в месяцы. И почти все свое время бодрствования Джефф проводил в лаборатории на ложе, пребывая в теле Крауна, в его мозге. Каждый божий день с утра до ночи он был Крауном. Он был им, когда Краун только просыпался, и оставался им, когда Краун укладывался спать.
Джефф проделывал все это почти автоматически. Он вставал задолго до того, как начинала просыпаться «Деревня», ел, делал зарядку и отправлялся в лабораторию. Аманда была там постоянно, Берни Карбо же большую часть времени отсутствовал. Когда рабочий день кончался. Джефф вместе с Амандой шел домой, снова занимался гимнастикой, ужинал и ложился спать.
И чем однообразнее был его распорядок дня в «Деревне», тем меньше он ощущал свою жизнь на корабле как реальность. Реальной для него стала жизнь Крауна в том мире, который назывался Песней Ветров.
Джефф не мог объяснить, откуда он взял это название. Быть может, оно возникло как-то на закате дня, когда Краун стоял на гребне холма, с которого был виден берег океана. С этого места, если смотреть прямо на воду, человеческий лагерь не был виден. Видны были лишь волнистая линия холмов, обрамленная зеленью, и яркий песок, и океан. Волны набегали на берег, гонимые ветром, и деревья пели под его порывами. Песня Ветров. Черные тучи проносились по небу. Деревья раскачивались, клонились под ветром. Волны с грохотом накатывались на песок.