Ничего.
Ничего он поделать не может. Он помог им воспользоваться Крауном, чтобы начать долгий, медленный процесс уничтожения мира, который называется Песня Ветров. Собственный отец вовлек его в это предательство, предательство целого мира.
Однажды вечером сразу после ужина к нему заглянула Лаура. Джефф пошел с ней прогуляться. При родителях он разговаривать не мог. С отцом он и десятком слов не перемолвился с тех пор, как его отстранили от Крауна.
Лаура была сильно возбуждена.
— У меня для тебя хорошая новость, Джефф,— радостно заявила она, когда они бесцельно шли по тропинке.
— Что такое?—спросил он.
— Я сегодня была с Крауном!
— Точно?
— Да. Это был он, я знаю... Нога у него еще не совсем сгибается.
Джефф схватил ее за руку.
— Как он там? Еда у них есть?
Лаура встряхнула своими рыжими волосами.
— Отлично. Хотя, признаться, они изрядно голодали. Еды там никакой не осталось. Обезьяны заходят в океанский прибой и выкапывают моллюсков. Иногда им даже удается схватить рыбу. Но волкоты этого не едят.
— Что же они едят?
— Доктор Карбо сказал нам; чтобы мы заставили их раскапывать в лесу норы. Так они набирают на пропитание зверьков, впавших в спячку. Не так, чтобы много, но волкоты только тем и живы.
Джефф покачал головой»
— Они должны были отпустить волкотов. Нельзя заставлять животных оставаться там, где нет пищи... И эти кислородные преобразователи... Обезьяны больше не умирали?
— Одна или две,— ответила Лаура.— Всякий раз, когда одна из них умирает, остальные пытаются разбежаться. Из-за этого и нужны волкоты... Чтобы удерживать обезьян на базе.
— Вот это плохо,— пробормотал Джефф.— Черное дело мы здесь творим.
Лаура прикоснулась к его щеке.
— Джефф... я тоже так думаю. И большинство ребят тоже. Но что мы можем сделать?
Он заглянул в голубые льдинки ее глаз: как бы ему самому хотелось знать ответ!
На следующий день Джефф постарался зайти в кафетерий в такое время, когда Аманда обычно завтракала там.
Проталкиваясь сквозь шумную толпу, Джефф высматривал ее в суете кафетерия. Большинство столиков было занято. По просторной комнате носились тысячи разных запахов, разговаривали сразу на тысячу разных тем. «Краун здесь рехнулся бы»,— подумал Джефф.
А вот и она! Однако Аманда сидела за двухместным столиком с доктором Карбо. Джефф попятился назад, наблюдая, как они о чем-то разговаривают, смеются. Зрелище это вызвало у Джеффа чувство, похожее на злость. Такого, он пожалуй, еще не испытывал.
Наконец Карбо встал, намереваясь уйти. Аманда поднялась было с ним, но он жестом остановил ее: она еще не кончила еду. Он показал на свои часы, она улыбнулась, кивнула в ответ.
Не успел доктор Карбо направиться к выходу, как Джефф моментально встал в очередь. Он выбил на клавиатуре селектора свой заказ, молоко с пирожком, получил поднос и двинулся прямо к ее столу.
Аманда встретила его широкой улыбкой.
— Привет, Джефф. Как самочувствие, получше?
Он поставил поднос на стол и сел в кресло напротив нее.
— Нормально. Аманда, надеюсь, у тебя не было из-за меня слишком больших неприятностей?
— Так, покипятились день-другой. Но мне удалось усмирить бурю.
— Ага.— Он совершенно не представлял себе, о чем говорить дальше.— А как... а как там дела на Песне... на поверхности?
Лицо Аманды посерьезнело.
— Разве отец не говорил тебе?
— Нет. Эти дни мы почти не разговариваем.
— О,— она на мгновение задумалась, потом сказала:—Да, дела там идут не слишком хорошо. Биохимики приготовили синтетическую пищу для животных, но каждый раз, когда они сажают транспортную капсулу с пищей возле лагеря, все животные, даже волкоты, настолько пугаются, что отказываются приблизиться к ней. Ну, и еда попросту гниет.
— Изумительно,— Джефф постарался вложить в это слово все свое отвращение.— Я бы им и так сказал, ведь ничего другого и не могло произойти. Почему бы им не посадить капсулу где-нибудь не на виду, а потом просто послать туда Крауна и других волкотов?
— Послушай, а ведь это идея,— вскинула брови Аманда.— Как же это мне в голову не пришло?
— Это потому, что тебе не приходилось бывать волкотом.
— Или обезьяной,— улыбнулась она.
— Ага... Ну, идею я дарю. Подскажи доктору Карбо или матери Лауры...
— А почему ты не скажешь об этом отцу?
— Я же говорил,— ответил Джефф, качнув головой,— мы больше с ним не разговариваем.